- Проводить? – равнодушно спросил он, бросая свой недовольный взгляд на руку Сантино у меня на талии.
- Я сам. Распорядись, чтобы Софии принесли завтрак в ее комнату. – Властно бросил мой тюремщик и потянул меня за собой в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.
Взгляд Пауло ломал мне спину. Я буквально чувствовала, как он сдавливает мне грудную клетку, перекрывая доступ кислорода в мои легкие. От страха, мои руки заледенели и сжались на талии у Сантино. Поняв это по своему, мужчина страстно впился мне в губы, едва мы переступили порог комнаты. Поцелуй был жадным, обжигающим. Длинные сильные пальцы сомкнулись у меня на затылке, еще теснее прижимая к своему хозяину. Сантино будто обезумел. Мое лицо пылало, покрываясь легким румянцем от его острой двухдневной щетины.
«Нет! Не трогай меня!» - кричала я мысленно, оплакивая свою свободу. Да, я могла за себя постоять, как меня учил отец, но сейчас я понимала, что Сантино мой единственный спасательный круг в этом водовороте событий. Собрав всю свою волю в кулак, всю свою смелость и решительность, я терпела, пока он сам не оторвался от меня, тяжело дыша мне в шею.
- Прости. Мне тяжело контролировать свое желание, когда ты рядом. Ты такая теплая, домашняя и в то же время нереальная. Отдыхай. Позже я приду за тобой. Все нужное ты найдешь в шкафу. – Хрипло сказал Сантино, после чего быстро вышел из комнаты, закрыв на замок.
Обессиленно села на кровать и закрыла ладонями горящее от поцелуев лицо. Силы на борьбу с каждым разом становилось все меньше, но едва мне стоило вспомнить родное лицо дочери, как все сомнения и слабость тут же отступали, презрительно пиная меня в спину. Пусть рядом со мной сейчас не было Ника, его титанической храбрости и колоссального упорства, но я старалась, ради него, ради нашей дочери и ее будущего. Мне нужен был план, шанс на свободу.
И почему я не была дочерью обычного Дона – главы семьи? Нет же, судьба выбрала меня стать наследницей империи Капо ди капи ре – Короля всех боссов. Выше этого был только Капо ди тутти капи – Босс всех боссов, которым, как недавно выяснилось, был мой родной дед. Почему я не знала об этом? Возможно потому, что мой отец никогда не посвящал меня в дела мафии и ее верхушки. Он хотел уберечь меня от всего этого, но как выяснилось, все это было напрасно. Мафия никогда не отпускала тех, кто был частью ее.
В современном мире, мафии не было аналогов. Самостоятельная непокорная сила, заключающая в себе свои законы и Кодекс Чести. Шесть прописных истин были прописаны в Кодексе на протяжении, пожалуй, всех веков, с того самого момента, когда в 1282году, в пасхальный понедельник, девушку-сицилианку изнасиловал французский солдат, в день ее свадьбы. На следующий же день в стране вспыхнуло восстание, унесшее с собой тысячи жизней французов. Это событие и послужило началом к образованию самой независимой и опасной преступной организации итальянского криминального мира. С самого детства, едва мне исполнилось пять, отец начал обучать меня внутреннему устрою мафиозной иерархии. Я заучивала наизусть законы мафии и их единый для всех Кодекс Чести. Всего в нем было шесть пунктов, которые должны были все строго соблюдать, невзирая на свой статус и финансовое положение.
Первое. Члены мафии помогают друг другу, каков бы ни был характер этой помощи.
Второе. Любое посягательство на одного из членов мафии – посягательство на всю мафию.
Третье. Обязательное подчинение вышестоящим.
Четвертое. Правосудие совершает мафия. Судит только она, выносит приговор только она и исполняет приговор тоже только она.
Пятое. Если кто-то сдает имена членов мафии, его может убить кто угодно и когда угодно. Этот приговор распространяется на всех членов его семьи.
Шестое. Закон молчания.
Еще в мафии особо ценили омерту и вендетту. Омерта, расшифровывалась как кодекс молчания. По сути, он представлял собой строгий запрет на любое взаимодействие с правоохранительными органами, за исключением Джиоване Доноре – коррумпированных слуг закона. Нарушение омерты – смерть. Любой, кто нарушал кодекс молчания, становился мишенью для всех семей, включая свою собственную. Вендетта, была своего рода кровной местью, возмездием. Из-за одной смерти, исчезали целые рода, обрекая себя на полное истребление по вине одного из членов их семьи. Я всегда считала вендетту, самым страшным и жестоким наказанием мафии, лишенной всякого смысла, ибо была стойко уверенна, что за чужие ошибки не должны расплачиваться другие. Однажды я уже видела последствия этой небывалой жестокости и бесчеловечности, слава всем святым, отец этого не знал, иначе я бы давно лежала на кушетке у психолога. А так, я смогла справиться с тем увиденным ужасом в одиночку, воспитав в себе стойкость и огромную силу воли к жизни.