Кровавые мотивы вспыхнули в моей памяти ярким пятном, вызвав горький комок в горле. Медленно встав, пошла в ванную, где долго, замерев под горячими струями воды, приводила свои мысли в порядок. За свою смерть, Пауло будет мстить. Упиваясь каждым моментов своей хорошо продуманной мести. На его здравомыслие я не рассчитывала, потому как, он был сумасшедшим. Рассказать Сантино? А смысл? Как я докажу ему, что Пауло хочет меня изнасиловать, а то и еще хуже? Никто мне не поверит в этом доме, пока я сама не докажу им, что моим словам стоит верить. Возможно после свадьбы и то не факт, что на мою сторону встанет Сантино, хоть он и говорит, что я ему симпатична. Все хотят от меня чего-то, что нужно только им, и хоть бы кто спросил, чего же хочу я? Лишь один человек однажды поинтересовался об этом, после чего запал мне в душу острой иглой, которую я до сих пор не могу вытащить.
Громкий стук в дверь привел меня в чувства. Быстро одевшись в новую одежду, купленную для меня Сантино, обулась в босоножки на высоком каблуке и вышла за дверь. Сколько же я просидела в душе, что так быстро пролетело время? Но эти глупые мысли быстро вылетели у меня из головы, стоило мне вновь увидеть предвкушающую улыбку Пауло, который стоял за спиной у Сантино.
Глава 23
- Я вынужден уехать, София. – Недовольно сказал мне Сантино. – На нашей территории в последнее время не спокойно и поэтому мне нужно лично присутствовать на совете семей, что входят в мой клан. С тобой останется Пауло. Я безгранично ему доверяю…- «Зато я нет!!! – хотелось мне закричать в ответ». - С ним ты будешь в полной безопасности.
После, целомудренно поцеловав меня в лоб, мой единственный защитник в этом доме, быстро сбежал по лестнице вниз и выскочил на улицу. Мелкая дрожь пронеслась по моему телу в преддверьях сильного нервного напряжения и больших неприятностей. Рядом стоящий со мной монстр, едва касаясь моей щеки своими губами, шумно вдохнул в себя мой запах и резко потянул мое одеревеневшее тело, следом за ушедшим Сантино. Бодро слетев с широкой лестницы, на лакированный деревянный пол первого этажа, Пауло, довольно оскалившись, поправил на мне немного съехавшую в сторону лямку белого сарафана на плече и под мой, слегка испуганный взгляд, повел меня на выход из поместья, где нас уже ждал белый, припаркованный к крыльцу, лимузин.
Спускаясь вниз по каменным ступеням к ждущей нас машине, я мысленно молилась всем святым. Мне было до жути страшно, но годы выдержки и тренировок, не позволяли показать свои переживания на людях. Отец всегда твердил быть сильной, храброй, но за эти годы я так устала быть холодной и не живой. Мне до боли хотелось ощутить на своих хрупких плечах надежные крепкие руки, в которых я могла бы спрятаться и наконец-то признаться всем, что я слабая и мне нужна помощь.
- Сейчас мы поедим по магазинам, моя Конфетка, - неожиданно ощутила я у себя над ухом горячее дыхание своего кошмара. – Мне было велено одеть тебя по последней моде, не скупясь на выделенные средства. Сантино глуп, но далеко не дурак. Он хоть и доверяет мне, но все равно приставил к тебе еще двух охранников. Но не волнуйся, нам никто не помешает и, мы сможем наконец продолжить-то, на чем нас когда-то нагло прервали… Ах да, совсем забыл. Если захочешь попрощаться с могилой своего героя, то я уж так и быть, позволю тебе это. Скоро в твоей жизни все изменится, в том числе и место твоего дальнейшего проживания…
От его слов, меня будто окатило холодной водой, колени подогнулись и если бы не ненавистные руки, я бы наверно упала с крыльца, разбив себе при этом голову об каменные плиты. Мурашки перед глазами и гул испуганного сердца, лишил меня возможности свободно дышать. Мне стало плохо, настолько, что я повисла на руках у Пауло, плотно зажмурив от горя свои глаза. Все мои надежды, на то, что Ник, возможно еще жив, рухнули со скалы в черную пропасть. В горле запершило от горечи и осознания своей беспомощности. Мой мир рушился с каждой секундой, голова закружилась от слабости во всем теле и я за мгновение до того как меня покинуло сознание, тихо прошептала Пауло на ухо лишь одно слово, в которое вложила всю свою боль и ярость: