Бинго! Скандалы, скандалы – это я люблю.
- Например? – протянула я хищно.
- Например? Вызывающее поведение, распущенность, эгоизм. Женщина должна хранить очаг, а не разжигать его. Ваша же любовь к тряпкам и подиуму – просто смехотворна.
Ладно. Все, признаю. Этот мужчина – мертвая зона.
- Жаль, что Вы считаете профессии, связанные с модой, глупостью и распущенностью.
- А чем еще это считать? Где польза вашего труда?
- Странный вопрос для человека, препарирующего историю. Не будь моей профессии, Вы бы сейчас сидели в шкуре, максимум подпоясанной веревочкой.
- Неплохой ответ, - вдруг усмехнулся он.
- Брат, пойдем-ка выйдем, - наконец дозрел Медведев.
Не зря же я заговорила о профессиях в общем, когда Кира в бывшем модель и весьма успешная. А тут распущенность… глупость… бесполезность…
Я подмигнула растерянному Олегу поверх бокала. Иди-иди, сладкий мой, поговори со старшим братом. Вряд ли уважения к женщинам прибавится, но хоть порадуешь подбитым глазом.
Стоило мужчинам отойти, активизировались женщины. Хотя они и до этого болтали между собой, но теперь потянулись ко мне.
- Не понимаю, как Вы его терпите! – с напускным сочувствием обратилась первая.
Чьи-то жены. Чьи не помню, но женщины в принципе были не по моей части, я с мужчинами держала знакомства, полезнее. Хотя вот та девчонка, что сидела возле Олега, явно ему близка. Он часто брал ее за руку, всячески обхаживал – любовница-студентка? Прикольно.
- Вы на Лесю не смотрите, - усмехнулась вторая достаточно громко, чтобы ее услышали все за столом. – Лесечка немного … ну того. Ее лучше не тревожить.
Я заинтересовано выгнула бровь, как-то тон на заботливый не смахивал, я бы сказала злорадный. Если прицениваться, эта Леся красивая – ни грамма косметики, а все яркое, выразительное. Будь она стройнее, я бы захотела заполучить новую топ-модель. Даже наряд вижу ее. Ого, как меня занесло! Я вытащила из сумки ручку и взяла салфетку, в пол уха слушая разошедшихся сплетниц.
- Олега Захаровича, конечно, нужно пожалеть…
- Да и похвалить! Не каждый на такое решится…
- Причем тут решится? Мне бы было стыдно… А он ее сюда привел… Под камеры…
- Ну а что ему делать? Рано или поздно всплыло бы это недоразумение… И так долго прятали и рты всем закрывали.
- Лесечка, как ты себя чувствуешь?
Девушка продолжила смотреть на сцену. Она … вообще ни на что не реагировала, даже на Олега, вспомнила я.
- Умственно отсталая? – спросила в открытую, начиная понимать, что тут происходит.
- Ну… - стушевалась самая бойкая. – Это болезнь. Она, конечно, не виновата, но все равно выводить в общество… Не знаю, неправильно это. Хоть и дочь.
Дочь? Дочь!
Я громко засмеялась. Удивительно, что при таких патриархальных и нетерпимых взглядах отца девчонка не в психушке. Мой смех словно подбодрил женщин, и они принялись, уже не таясь, обсуждать весь ужас олигофрении, доходя до того, что милосерднее таких бедняжек отстреливать.
Похер. Я вышла из-за столика и направилась в холл, там можно было подняться на крышу. Пальцы погладили холодные перила, в которых скрывалась своя история.
О-ла-ла, а тот парниша, что года два назад показал мне этот проход, оставил приятные воспоминания. Самого парня не помню, но секс… секс был хорош.
Вид на парк в дрейфующих огоньках гирлянд с шестого этажа – зрелище очаровательное. Я поглубже вдохнула морозный воздух.
В меховой накидке долго не протянула бы, но вдохновение в интимных местах захватывает моментально, так что я стащила из плетенного кресла подушку и устроилась на низком ограждении.
Опасность, опасность – кайф.
Я продолжила набросок на салфетке. Предчувствие, что эскиз выйдет бомбическим, только усилилось. Линии ложились не в привычном стиле – это было что-то новое. Или что-то нервное.
Рядом упала тень. Я рассеянно посмотрела на ее источник.
По спине пробежались мурашки, когда увидела эти пустые глаза.
Ну фак…
- Ты что здесь забыла? – Леся склонила к плечу голову, рассматривая меня, а потом шагнула вперед, отчего я помимо воли напряглась. – Так, зай, давай топай в дом!
Я и к нормальным людям отношусь с предубеждением, а к убогим… Жалость, приправленная презрением. В моем исполнении – это смесь гремучая.
Девушка подошла впритык. Так, что подол ее платья лег на мой. Она стала рядом, но смотреть продолжала перед собой. Я подавила желание отодвинуться и отряхнуться.