Власть оказывала помощь переселенцам, коллективы предприятий из своих скудных запасов изыскивали лес для строительства домов, делегации рабочих доставляли строительные материалы в аул и торжественно вручали сельсовету, там потом обсуждали, кому отдать его. Учитывали все: и время, что прошло с того дня, как переселилась семья, и количество душ, как работают...
Главной заботой была земля. Она и только она держала переселенцев в этом селе. Мурат поражался энергии Умара. Казалось, он забыл, что такое отдых. В жаркую страдную пору, едва начинало светать, Умар поднимал Руслана и Езетту. А возвращались они домой затемно.
Умара мучила совесть, что он еще ютится в землянке. Но что поделаешь? Весной нельзя упускать время сева. Лишь убрав урожай, Умар решил всерьез взяться за строительство жилища. Где взять кирпич, камень, лес? Умар нашел выход.
— Мы разберем хадзар в Хохкау, тот, который мне отдали, — заявил он. — Все равно он пустует: люди боятся обвала. Перевезем сюда и поставим заново здесь...
Мурат усомнился в возможности этого, прикинув, сколько раз на трех подводах придется проделать путь от Ногунала до Хохкау и обратно.
— А ты мне подскажешь другой выход? — сердито уставился на него Умар. — Не знаешь другого? Вот и я не знаю!..
Это был тяжкий труд. На него были потрачены осень, зима, весна и часть лета...
— Скоро, скоро будем отдыхать, — подбадривал всех родных Умар. — Каждый в своей комнате!..
Когда, наконец, хадзар Умара перекочевал в Ногунал и он возвел фундамент, в одну из суббот вечером Умара навестил гонец, который объявил, что завтра, в выходной день, по решению сельсовета все мужчины в семь утра соберутся на участке, чтобы помочь построить жилье.
— За что такая честь? — прижал ладонь к груди Умар и с дрожью в голосе стал благодарить: — Передай людям, что вовек этого не забуду...
— При чем здесь я? — весело отозвался худенький, больной туберкулезом осетин, которого ввиду его болезненного состояния пристроили при сельсовете не то сторожем, не то посыльным. — Завтра соберутся люди — сам им все и скажешь. — И уже на пороге напомнил: — Не забудь про угощение...
— Конечно, конечно, угощение будет, — встрепенулся Умар, зная, что хозяин, которому помогает все село, обязан в знак благодарности накрыть стол...
Спустя десять месяцев Умар одним из первых в Ногунале справил новоселье не в полуземлянке, а в настоящем доме.
Глава 32
Ив Ногунале что ни день вспыхивали разговоры о том, почему не все переселенцы вступили в недавно созданный колхоз. И «за», и «против» приводились доводы. Но как ни старались приезжие представители района и даже области уговорить Умара и Урузмага подать заявления, ничего не получалось...
Как-то после совещания в райисполкоме Дауд упрекнул Мурата: мол, даже твой брат Умар, красный боец, не желает вступать в колхоз... Тотырбек Кетоев, тот, что вместе с братьями Гагаевыми сражался с Деникиным, стал председателем колхоза, а брат Мурата не пожелал вступить в него... Не странно ли?.. Больно задела самолюбие Гагаева эта его реплика. Мурат не стал ему объяснять, насколько он огорчен упрямством брата. Что-то перестала тянуться его душа к Умару. И причина ясна: Умар внутренне изменился. Хочется упрекнуть его, да язык не поворачивается. Собственно, в чем он виноват? Он всего добился собственным трудом. Умар отстроился и стал обладателем первого по величине хадзара в Ногунале. Через год, построив дом с двумя комнатами, он отселил в него Урузмага. Потом братья и хозяйство стали вести каждый сам по себе. Прошел год, второй, третий... Умар все так же упрямо обрабатывал землю, косил сено, заготавливал дрова. На зиму перегонял в специально сделанный загон отару овец, а летом вновь отправлял их на горные пастбища.
Но от людей ничего нельзя скрыть. Умар вдруг стал жесток не только к земле, пашне, лесу, вырывая у них все, что могли родить. Он стал жесток и к односельчанам, и к домочадцам... Нет, он не был скупым, он часто баловал детей и жену подарками, доставленными из города, причем все знали, как дорог ситец на городском базаре, а к лакомствам — сахару, конфетам — вообще не подступиться... Но щедро снабжая семью, балуя малышей, Умар требовал, чтобы в доме все расходовалось разумно, пытался и детей приучить делать мало-мальски полезное.