- Закрой рот, солдат, - Одди подложил мне под голову скомканный бронежилет и обернул лицо рваным одеялом. - Будешь хорош как вишневое вино.
Шаги приблизились.
- Стрелок и Слэш мертвы.
Голос Зиппо.
Одди спросил:
- Что случилось?
- Это была... та штука. У Слэша вырван позвоночник, его части разбросало по половине гребаной зоны боевых действий. Нашел голову Стрелка, но это все.
- Это полный пиздец, - сказал Трипвайр.
- Боже, сержант, гребаная голова Стрелкa, - сказал Зиппо.
- Я умираю, - слабо сказал я.
Одди сказал:
- К черту эти разговоры, собачья жопа. Где Ответ?
- Здесь, сержант.
Хотя я не мог его видеть, я знал, что Ответ появился, как обычно: бесшумно материализовался из подлеска, олицетворяя кредо "Блэкджека": Быстро, тихо, смертельно.
- У нас рандеву для медицинской эвакуации в одном километре по этой скоростной тропе, - сказал Одди. - Ответ, разведывай впереди. Трип и я потащим на горбу Прицела. Зиппо, ты - в хвосте.
Мы мчались сломя голову по ночным джунглям. Руки Одди были зажаты у меня под мышками, Трипвайр держал мои лодыжки, мое тело болталось между ними, как гамак. Существо, которое убило Стрелка и Слэша и почти отправило меня на тот свет, Существо, которое мы нашли сгорбленным и бормочущим что-то в хижине, полной вьетнамских крестьян, все еще было там. Мы ранили его, и сильно: я лично в пуль -го калибра, прежде чем оно . Но оно все еще было живо, все еще скрывалось в кустах.
- Вперед-вперед-вперед! - закричал Одди.
Вскоре я услышал гул двигателя "Хьюи". Я потерял сознание...
...и очнулся в полевом лазарете около Дык-Пхонга с капельницей над головой и пульсометром, пищащим сбоку.
Я не чувствовал своего тела.
Я не был парализован: я мог шевелить пальцами рук и ног, моргать глазами, поднимать руки и ноги. Но я не чувствовал свою кожу. Это было так, как будто поверхность моей плоти, миллиарды и миллиарды нервных окончаний, были напичканы новокаином.
Молодой медик заметил, что я в сознании, и подошел с робостью, граничащей с благоговением.
- Как вы себя чувствуете?
- Так... хочется пить.
- Я что-нибудь принесу, - сказал он. - Вам повезло, что вы живы.
Я слышал этот рефрен так часто, что он приобрел качество напева мелодии шоу: Тебе повезло, что ты жи-и-и-ив - ДА, СЭР! - повезло, что ты дышишь - О ДА! - медицинское чудо для всех! Я понял, что случайность моего выживания - это полностью субъективная материя.
Медик вернулся со стаканом воды. Его сопровождал пожилой мужчина, который, как я узнал, был хирургом, спасшим мне жизнь.
- Ты был мертв, - сказал он мне деловым тоном тех, кто привык к смерти. - Когда ваше подразделение выгрузило тебя из "Хьюи", твои мозговые волны были ровными.
Я спросил об остальных.
- Ваше подразделение было расформировано после миссии. Безоговорочное освобождение.
Он спросил, что я чувствую. Я сказал ему, что не чувствую своего тела.
- Этого не может быть, - сказал он. - Мы провели рефлекторные тесты и...
- Не парализован. Просто... все... онемело.
Он ущипнул меня за руку так сильно, что кожа покраснела.
- Ничего?
Я покачал головой.
- Ну, - пожал он плечами, - побочные эффекты ожидаемы. Тебе повезло, что ты жив.
- Я это уже слышал.
Левая сторона моего лица чувствовала себя ужасно неправильно. Я поднял руку, чтобы потрогать ее.
- Не надо, - сказал хирург. - Рана все еще чувствительна. Алекс, дай ему зеркало.
Медик передал мне зеркало парикмахера.
- О, Боже...
- Я сделал все, что мог, - голос хирурга был за миллион миль отсюда. - ...
Кусок кости, мозга и кожи размером, примерно, с лошадиное копыто был вырезан из моего черепа. Половина моего лба, левый глаз, левая ноздря, щека и ухо - все исчезло. Кожный трансплантат - взятый, как я позже понял, из моей задницы - был пришит поверх зияющей раны, чтобы предотвратить выплескивание остальной части моего мозга. Пересаженная кожа была испещрена жесткими черными волосами: моими волосами из задницы. По какой-то причине они продолжали расти, и теперь я брею их дважды в неделю, иногда останавливаясь, чтобы насладиться абсурдом.