- Может быть, и красиво. Но у нас есть работа, - oн развернул карту в ацетатной оболочке. - Это тюрьма, - он указал на красную точку, - а это наше местоположение, - указывая на место в двадцати милях к югу. - Овертон и компания были в бегах две недели, так что радиус наших поисков чертовски широк.
- Кто может сказать, что они вообще здесь? - спросил Прицел. - Они могли бы дойти до боковой дороги, остановить грузовик и быть в тысяче миль к югу к настоящему времени...
- Я так не думаю, - сказал Ответ. - На некоторых особо опасных беглецов наверняка был составлен ориентировочный список, вероятно, были переданы радиопередачи с предупреждением автомобилистам сообщать о любых попутчиках в непосредственной близости от загона...
- И не забывайте, что команда Овертона украла только теплую одежду и оружие, - добавил Трипвайр. - Никакой еды. Они, должно быть, уже полуголодные, питаясь орехами, ягодами и талым снегом.
- Легкое мясо, - сказал Зиппо с набитым ртом персика.
- Возможно, - сказал Одди. - Но эти ребята - убийцы, а убийцы как животные: и те, и другие опасны, когда их загоняют в угол.
Где-то в первобытном лесу раздался дикий вой. В этом звуке было что-то очень тревожное: словно человек кричал голосовыми связками волка.
- Господи, - сказал Прицел. - Ну, по крайней мере, здесь есть что-то живое.
- Не бойся, малыш, - сказал Зиппо. - Я принес чистые подгузники на случай, если , что на .
- Лучше я насру тебе в ботинок, Зип.
- Эй, может, я сохраню свою добычу и засуну в ботинок.
Одди сложил карту и сунул ее в карман.
- Я предлагаю сделать круг вокруг Большого Медвежьего озера, - сказал он. - Это единственный источник пресной воды на многие мили, так что они, вероятно, затаились где-то поблизости.
- Сколько времени это займет? - спросил Ответ.
- Двадцать лет назад мы шли копытами в два раза быстрее, и обошли бы его за два дня. Но сейчас, в таких условиях? Скажем, за три-три с половиной.
- Черт возьми, Трип, - сказал Зиппо, бросив на рыхлого порнорежиссера оскорбительный взгляд. - Тебя бы убило, если бы ты хоть раз в жизни зашел в спортзал - немного джаз-аэробики, черт возьми?
- Ты задаешь темп, тупица, - сказал Трипвайр. - Я поддержу.
- На чем - на снегоходах?
- Ты такой же смешной, как пинок под дых.
Одди посмотрел на часы: 4:00 вечера. Прошло двадцать три часа с момента их встречи с Грозевуаром, и, за исключением нескольких беспокойных часов в "Лирджете", никто из них не спал.
- Я собираюсь немного поспать, - сказал он. - Выдвигаемся с первыми лучами солнца.
- Кто будет первым вахтенным? - спросил Прицел.
Зиппо спросил:
там есть какие-то , ?
- Я знаю, - защищаясь, сказал Прицел. - Но могут быть... другие вещи.
- Я буду, - сказал Ответ.
Одди кивнул.
- Скажи, когда захочешь отключиться.
Мужчины сняли ботинки и застегнули сумки. для , они вскоре погрузились в глубокий сон от усталости. Их сны, к счастью, забытые, были снами ветеранов боевых действий: горящие деревни, горящие фермы и горящие дети, жестоко изуродованные, но такие знакомые лица, кричащие сквозь дымку памяти.
Они еще не знали, что никогда не было и никогда не будет тюрьмы в долине Соджин. Они не знали, что Маркуса Овертона не существует; его имя было выбрано из телефонного справочника, а его преступления сфабрикованы. Они не знали, что их ждет в окружающей глуши, ждет с острыми когтями, острыми зубами и нестареющей хитростью. Они не знали, почему существо, выдающее себя за человека, их Поодиночке. Всех вместе.
Но они узнают. Скоро.
В полночь пришел этот человек.
Он шел, слепо спотыкаясь среди деревьев, в порванной и окровавленной парке. Он шел, открыв рот в безмолвном крике, сжимая в руках пару бесшумных "Беретт", курки взведены, обоймы пусты. Он пришел, охваченный ужасом, бросая быстрые взгляды через плечо, как будто сами фуриигнались за ним. Он пришел полумертвый, руки и грудь были изрезаны длинными кровавыми царапинами, куски плоти отсутствовали на его плечах и икрах.