Лицо Зиппо побагровело от гидростатического давления. Кровь хлынула из его ноздрей, ушей и уголков глаз, когда Тюрбан крепко сжал его. Вампир что-то бормотал на иностранном диалекте, его дыхание воняло гниющим мясом. Он оторвал полоску кожи от горла Зиппо и слизнул хлынувшую кровь. Зиппо отхаркнул кровавую слизь в лицо Тюрбану. Тот сжал сильнее. Кости треснули. Тело Зиппо изогнулось, как туго натянутый лук.
- Иди на хер! - сказал он сквозь стиснутые зубы. - Иди на хеeeр!
Ответ возник позади Тюрбана, , и вонзил три дюйма канадского клена в ухо Тюрбана. Барабанная перепонка твари словно , под Вампир ахнул. Его хватка на Зиппо ослабла. Ответ выдернул кол. С кончика капали студенистые струйки мозга и тканей.
Зиппо поднес "Беретты" к щели, которая теперь отделяла тело Тюрбана от его собственного. Он установил стволы по обе стороны от челюсти Тюрбана и . в форме буквы , взорвавшись из его горящей макушки в вихре пепла. Зиппо вонзил стволы глубже в раны, глубже в лицо Тюрбана, , стреляя, , стреляя. Пули вылетали из головы твари во все стороны, дульная вспышка освещала заднюю часть его глаз, как японские фонарики.
Ответ вонзил кол в спину Тюрбана. Вампир отпустил Зиппо, который упал на землю, его . Тюрбан пошатнулся, сжимая кол. Затем он сдался и взорвался, как воздушный шар, полный лазаньи.
Прицел упал на колени.
- Пожалуйста... Они мне нужны...
Винтовка выскользнула из его пальцев. несмотря на , на с . Небольшой шрам над верхней губой. Ее рот, подбородок и щеки были маслянисто-красным. ? - задавался вопросом снайпер. Невезение, плохая карма, обстоятельства, не зависящие от него? Он не мог ненавидеть эту женщину. Он чувствовал, что когда-то она была нежным человеком, сострадательной женщиной, которой не нравилось то, во что она превратилась. Волосы Прицела были зачесаны назад, его протез потрескался и покрылся льдом. Слезы катились по его щекам, чтобы замерзнуть на нижней стороне подбородка крошечными прозрачными шариками.
- Пожалуйста...
Она коснулась его лица, проведя пальцем по шву, где плоть встречалась с латексом. Кончики ее пальцев оставили на его лице серп крови.
- Как это случилось? - спросила она застенчиво, как ребенок.
Она провела кончиком пальца по его губам, окрашивая их в кроваво-красный цвет.
Он прошептал: