– Почему бы и нет, – произнес он. – Это будет занимательно.
Он аккуратно сложил деньги и повернулся уходить.
– Летом выберете себе другое место для отдыха, юноша, – произнес он, не глядя Никите в глаза. – Теплое море, песок… Вы ведь определенно можете себе это позволить.
И ушел. Никита даже не успел придумать достойного ответа.
12 глава. Болотник
Вообще-то Солунай весну любила почти так же как лето. Всё начинало расцветать и оживать, словно жизнь в который раз победила смерть. И с едой в приюте становилось получше, и мелкие чудовища уходили резвиться в горы, в приюте становилось тише. Но в этом году всё пошло наперекосяк.
Наверное, началось всё даже раньше, но болотник своим присутствием просто скрыл нарыв этого напряжения, что тянулось с зимы. Солунай даже не подозревала, как далеко всё зайдет, когда, увидев тянущуюся в небо струйку дыма, поборола робость и напросилась с Александром Николаевичем на охоту.
«Найка, я не знаю ни одно чудовище, которое так отвратительно умеет остерегаться», – напутствовал её Бануш, но даже это её не остановило.
Охота прошла успешно, да и спасение человека не было чем-то особо выдающимся. Иногда они вытаскивали с Банушем людей, зашедших глубоко в заповедник и попавших в его ловушки. Под настроение Бануш внушал ужас перед заповедником или горами, а то и просто заставлял забыть об увиденном. Тем летом у него после холодной воды настроение испортилось, и он полагал, что парень и без того никогда не вернется к ним. К тому же эта встреча была далеко от заповедника. Точно, во всем виноват Бануш, как Солунай сразу не догадалась?
А потом директор принес съестное из поселка и новые расписки, по которым в магазине любой мог получить еду. А еще он принес курицу. Птенца на самом деле.
Положил его перед Найкой и сказал, что это от того парня, что она спасла. Ей лично.
Найка тогда глаза не знала куда девать от смущения. Она хотела поделить птицу с самыми близкими друзьями, ведь любому ясно, что на всех не хватит, но тут как всегда выступила Жылдыс.
«Нам с Ырысом не надо, мы курицу пробовали», – гордо заявила она и сверкнула раскосым глазом на Бануша. Луноликая красавица, она никак не понимала, почему Бануш вечно возится с Солунай, с её буйными кудрями и острыми скулами. По местным меркам она была совсем не красавица. И объяснить то, что чудовища должны держаться вместе, никак не получалось. А тут еще это.
«Ну надо же как, – голос Бануша звенел от напряжения, но очарования, на которое так надеялась Жылдыс, там не было и на ноготь. – Так почему бы вам не остаться там навсегда и не объедать приют?»
Жылдыс расплакалась и убежала, но утешать её никто не стал. Солунай понимала почему. Все знали, что семья близнецов бедная и потому их отдали в приют. Никому и в голову не приходило, что их кормят, когда они приходят в гости. Для вечно не евших досыта приютских это было предательством, не рассказать им об этом раньше.
Солунай отдала по небольшому кусочку курицы всем маленьким, а два куска побольше оставила себе и Банушу. Ничего особенного. Мясо было слишком нежным, толком не распробуешь. Вот косточки, мягкие и мелкие, оказались неплохи. Солунай даже оставила одну на память, хватило только ненадолго – её выклянчила Аэлла, ковылявшая на слабых ножках за своей любимицей по всему приюту.
Но всё это было зимой и почти забылось. Весной же всегда всё становилось лучше, почему же в этот раз было не так?
Разумеется, всё началось с Бануша, как иначе. Он прискакал в кухню, где Солунай помогала разделывать курицу, и заорал еще с порога:
– Директор притащил болотника! Надеюсь, есть мы его не будем!
– Упаси господи, – мелко закрестилась пухлая Марта. – Я точно тогда уволюсь. Он же почти человеком выглядит, как же его есть-то!
– Да ладно вам, Марта, – показал острые зубы в улыбке Бануш. – Разве в этом проблема? А вот что он весь пропах тиной и внутри, наверное, тоже, вот это беда!
Солунай оставила их спорить, она лучше других знала, как любит Бануш дразнить дородную повариху намеками на людоедство. Строго говоря, его родичи и впрямь питались человечиной, но Солунай сомневалась, что её друг пойдет на это. По крайней мере, до тех пор, пока не придет настоящий голод. Тут она вообще мало за кого могла бы поручиться. Даже из людей.
Но сейчас спорить с ними она не собиралась, а бегом, не дожидаясь попутного сквозняка, неслась в кабинет директора. Она до сих пор ни разу не видела болотника вблизи, эти твари были очень верткими, быстрыми и опасными. Но поглядеть всё равно хотелось.