Мишка отлично знал часы обеда и завтрака и считал своим долгом присутствовать за общим столом. Часто мы сажали его на стул на задние лапы и предлагали ложку с сахаром. Мишка зажимал ее в передней лапке и сосредоточенно ел, не просыпая ни одной сахарной крупинки.
Однажды Мишке взбрело в голову грызть ножку скамейки. Я несколько раз отгонял байбака, но он упорно возобновлял свою разрушительную работу. Тогда, потеряв терпение, я больно отдул байбака полотенцем. Бедный Мишка жалобно взвизгнул, но тут же снова занялся ножкой. Тогда я взял заячью трещотку (какие употребляют в Сибири для загона зайцев) и вооружился щеткой. Трещотка трещала, как пулемет, колючая щетка толкала Мишку в морду. Герой наш потерял самообладание и, как бомба, вылетел в другую комнату.
Я от души хохотал. Но через несколько минут в комнате показалась неуклюжая фигура байбака. С самым невинным видом Мишка вновь принялся за свою деятельность. Так у всех на глазах, несмотря на шлепки и угрозы, упрямец отгрыз ножку и лишь после того оставил скамейку в покое.
Однажды, возвращаясь с работы, я встретил на лестнице соседа.
— У вас что-то невероятное творится в квартире, — сказал он мне, — идите скорее домой.
Сквозь запертые двери были слышны то лай собаки, то птичий пронзительный голос. Это свистел и выкрикивал заученные фразы наш попугай Жако.
Я торопливо отыскал ключ, отпер двери и застыл на месте: весь пол в комнате был засыпан перьями. Перьями был облеплен и Мишка, радостно бросившийся мне навстречу. Оставшись один дома, от скуки он накуролесил: разорвал подушку и разбросал перья по всей квартире.
Чем чаще приходилось оставлять Мишку дома, тем чаще случались подобные бесчинства. Мишкины шалости становились невыносимы. Наконец мы решили отправить нашего питомца на дачу. Его охотно взяла на лето семья моего товарища.
На даче Мишке жилось несравненно привольнее, чем в городской обстановке. Он выкопал близ веранды глубокую нору и в течение всего лета продолжал свое подземное строительство. Молодому зверю необходимо было расходовать запас своей энергии. Он с увлечением рылся и копался в земле. Но никогда не оставался в норе слишком долго.
Мишку постоянно тянуло к людям. Запорошенный землей, он вылезал наружу и брел по направлению к дому.
Если он заставал семью на веранде, он укладывался на пол и отдыхал. Когда же все покидали веранду и отправлялись в комнату, Мишка считал необходимым плестись за всеми. В компании детей иной раз Мишка шел на прогулку на луг или в ближайший перелесок. Ходок, однако, он был плохой и боялся отходить далеко от дома. Метров сто пройдет, а затем повернет обратно и скачет к дому, только его короткий хвост мелькает в воздухе. Но вот он и на знакомом крылечке, встанет во весь рост на задние лапы и свистит изо всех сил, точно зовет всех вернуться.
Бывали случаи, когда байбак и один отправлялся на ближайшую лужайку, но как услышит издали лай собаки или завидит чужого человека, тут же припустится к дому. По-прежнему Мишка не выносил одиночества, и каждый раз, когда его оставляли одного дома, он обязательно выкидывал какой-нибудь фортель.
Однажды я приехал навестить друзей на дачу. Мы отправились в лес, купались; когда возвратились обратно, застали в доме страшный беспорядок. Со стола была сорвана скатерть, на полу валялась разбитая посуда, с постели исчезло одеяло. Создавалось полное впечатление, что квартиру посетили воры. Однако виновником разгрома оказался Мишка. Он стащил скатерть и одеяло в угол и, устроив мягкую постель, спал сном праведника.
Несколько лет прожил у меня Мишка. Порой он был невыносим, доставлял массу неприятностей, но к байбаку так все были привязаны, что не могли с ним расстаться. Но в одну из весен я должен был отправиться в длительную экспедицию, а семья уезжала в Крым; в квартире никого не оставалось. Это обстоятельство и заставило меня временно передать своего питомца Вере Васильевне Чаплиной, хорошо известной своими рассказами о животных.