Их забрали из лагеря через день, показавшийся им целой вечностью. С командиром отправленного за ними отряда Мэл общался лично, Элька же с опаской ступила в просторный салон флайера, оглядываясь на мужчин в ожидании поддержки. Арс подбодрил ее, переглянувшись перед тем с Мэлом: они оба прекрасно осознавали, как тяжело она воспринимает других людей, как бы она ни хотела их повстречать. Юная дикарка, хоть и знала о них, слишком эмоционально переносила все, дергалась, будто была готова вот-вот дать от них деру, спрятавшись в джунглях.
Флайер новой модели, каких никогда не видели ни Мэл, ни Арс, плавно поднялся над лесом, взяв направление в сторону звездолета.
– Не волнуйся, мы окажем тебе помощь, как только прилетим на корабль, – ласково произнесла женщина в форме, сопровождающая командира отряда. – Я штатный психолог, Сильвия Грин. – Она протянула Эльке руку, словно пыталась наладить с ней контакт.
Мэл заметил, как напряглось лицо Эльки, а красиво изогнутые брови нахмурились. Девушка поежилась в непривычной одежде, которую выдали ей перед вылетом.
– Не надо, я не нуждаюсь в помощи, – медленно произнесла она, отвернувшись к окну и не желая общаться с новой знакомой.
Женщина-психолог улыбнулась, воспринимая слова девушки по-своему. Мэл вдруг подумал, что стоит предупредить ее о возможных сюрпризах. Он прекрасно понимал, что Ориэла не желает, чтобы ее считали какой-то обделенной и неполноценной. Для нее человеческое общество в новинку, и ей нужно просто адаптироваться. Он аккуратно перевел тему, чтобы только не касаться самооценки Эльки.
– Война на Земле закончилась? – задал он вопрос, который интересовал его больше всего.
– Последняя война прекратилась более тридцати лет назад полной капитуляцией WIS. Их больше не существует. После войны была принята новая конвенция EUNO, большая часть государств пошла на объединение, а за мировой язык принят нео-эсперанто. Мы все говорим на нем, – ответил командир на английском, но добавил что-то непонятное. Этот язык Мэлу не был знаком, но мужчина понимал, что вскоре придется его изучить.
– Война закончилась… – как в бреду повторил он, пытаясь осознать слова командира. В его мыслях снова вставали бомбежки, летавшие над их городом военные флайеры, дни, проведенные в концлагере с матерью. Он помнил людей в форме, приносивших им еду; многие из них ходили в масках, никогда не снимая их, только глаза в прорезях блестели какой-то одержимостью. Те самые, из ненавистной организации, которой больше не существовало. – Земля теперь одно целое? – все еще не веря, произнес Мэл.
– Мало того, – рассмеялся мужчина. – Все колонии других планет, которые подписались в конвенции, скоро войдут в Галактический Альянс. Совершенно новое объединение. Конечно, есть много несогласных с политикой, но это лишь временно. Для того, чтобы продвигаться дальше в космос, нам требовалась новая колония, и тут как раз обнаружили планету mv18-3a, о которой практически не было информации.
– Мы называем ее Асгард.
– Асгард… Что же, как первые жители, вы можете дать ей свое имя. Это традиция, – заулыбался командир, а потом добавил: – Мы даже не подозревали, что здесь могут оказаться люди. Думаю, вы поможете нам в освоении новой планеты.
– Поможем, – выдохнул Мэл, посматривая на Эльку.
Она успокоилась и теперь с интересом разглядывала виды Асгарда с высоты полета флайера. От незнакомого летающего «существа» шарахались местные крылатые ящеры, не понимая, кто это вдруг вторгся в их владения. Пилот, видимо, побывавший на многих планетах, не обращал на них никакого внимания и уверенно держал руками штурвал, изредка связываясь с кораблем по рации, закрепленной на его ухе.
Внезапно Мэл заметил, с каким интересом смотрит Арс на психолога, которая делала пометки в своем планшете, и подумал, что у них обоих много лет даже не было женщины. Перед вылетом Арс тоже побрился и стянул в хвост длинные немного выгоревшие в свете Астериона волосы и напоминал Мэлу того самого юного механика с корабля – его бывшего соперника, а потом товарища по несчастью.
– Сильвия, сколько теперь лететь сюда от Земли? – поинтересовался Азамант у светловолосой женщины, которой Мэл не дал бы на вид больше тридцати лет.
– Мы добирались почти два года, – улыбнулась она в ответ, моргая ресницами.
– Теперь используются иные ускорители, мы отказались от старых вариантов ядерного топлива, а двигатели работают на новом, на основе изотопов водорода. Это позволяет нам гораздо быстрее преодолевать большие расстояния в космосе, – пояснил ее начальник.