— Ты как? — спросил он девушку.
— Нормально.— Она подняла на него взгляд.— И крыс не боюсь, просто… Лезла забрать кота, а там…— Она передернула плечами.— Не боюсь, но и люблю этих тварей. Можешь уже меня отпустить.
— Надо провести дезинфекцию.— Мужчина с неохотой убрал руки. — Идем, а то Рэм вызовет спасателей, а их бригаду я в последний раз видел на минусовом уровне, дегустирующих тормозную жидкость с разных катеров.
Стоило двери в энергетический узел распахнуться, как коммутатор на запястье Мирха издал сигнал вызова.
— Слушаю, Тара, — ответил мужчина, пропуская Эли, которая как раз отвечала Рэму, уверяя главного инженера, что хоть кота она и не нашла, но два десятка крыс вполне способны по весу компенсировать эту потерю.
— У меня две новости. Плохая и хорошая. С какой начинать? — поинтересовалась диспетчер
— С плохой, — не раздумывая, ответил Мирх, наблюдая, как Тень снимает с коротких светлых волос кусок паутины.
— У нас отключили астронет, задолженность тысяча сто сорок четыре вирта, я убью Лоэна, когда вернется.
— Рад за него.
— Блокировка третьего уровня, Мирх, — стала серьезной диспетчер.— Не первого, когда я могу взять виртуальный кредит, ни второго, когда любой запрос перенаправляется на сайт для оплаты, а третьего, то есть нас заблокировали полностью.
— Чтоб тебя!
— В любое время, — пообещала ему Тара, — но это не поможет нам оплатить долг. Ни с твоего счета, ни со своего, по крайней мере, пока я нахожусь на Коробочке. Антенна работает только на прием, а потому мы не можем ни с кем связаться. Только послать SOS, в том числе и йелонцам.
— Надеюсь, хорошая новость не в том, что ты сберегла мои деньги?
— Послание изменилось, теперь олень тащит за собой санки или что-то на них очень похожее. Если там скоро появится толстяк в красном костюме, я, пожалуй, поверю, что это все же открытка.
— Если там появится толстяк в красном, это будет не открытка, а некролог, потому что в красное йелонцы заворачивают трупы. Надеюсь, они нам не жмуриков в подарок привезли.— Он на минуту задумался, а потом позвал:— Тара?
— Она в обмороке, — на экране комма вместо диспетчера появился Рэм.— Умеешь ты создать праздничное настроение.
— А что такого? Оленины мы, что ли, не пробовали?
— Мирх…
— Рэм, — передразнил капитан и, став серьезным, спросил:— Что с крейсером?
— А что с ним? Висит, родимый, напротив дока, никого не трогает, веселые картинки передает.
— Докладывать о любых изменениях, — отдал приказ капитан, опустил руку и увидел кота.
Вернее, не его самого, а лишь кончик хвоста с белым пятнышком мелькнул за поворотом. Но поскольку коты отдельно от своих хвостов ходят редко… Кэп сбросил вызов и в два шага оказался у поворота.
— Мирх, — позвала Тень, но мужчина сделал ей знак молчать и осторожно выглянул в коридор. Пушистый паскудник как ни в чем не бывало миновал коридор и свернул к бару Лина, словно там сегодня разливали не радиационный спирт, а молоко.
Капитан бросился следом, слыша за спиной легкие шаги молчаливой Эли, и поймал себя на мысли, что мог бы идти так куда угодно, хоть в сопло звездолета, лишь бы знать, что она рядом. Хотя сопло — это, конечно перебор. Да и все остальное тоже. Может, сходить к доку и попросить таблеток от головы? Или лазерный топор?
Бар был открыт, но в отсутствии на станции гостей не пользовался особой популярностью. Местные слишком хорошо знали технологию «тревожного брожения», что использовал для перегонки бормотухи Лин. Тот не обижался, предпочитая травить приезжих и получая за это приличные деньги.
Но сегодня один посетитель все же заглянул в бар и даже успел набраться. Мужчина спал у барной стойки, трогательно улыбаясь и ласково обнимая ножки табурета. Потерянный Рэмом Колян из инженерной службы уже успел встретить новый цикл.
Мирх испытал острое желание засунуть его в вентиляционный короб, пусть бы там улыбался, уверен, крысы бы оценили.
Кот легко и бесшумно запрыгнул на стойку бара.
— Что-нибудь налить, кэп? — поинтересовался бармен.