– Это шахматная доска, – вспоминал он слова Эл – Весь мир это шахматная доска, только с тем различием, что в шахматах ты видишь своего противника, смотришь ему в лицо, а сейчас, я бы дорого дала что бы взглянуть ему в лицо. Что бы посмотреть в эти глаза, прочитать, что в них написано, а потом выбить их одним ударом. В такие моменты Эл становилась просто страшной и Мик был уверен, что она так и сделает, если увидит того с кем играет в эту злую, навязанную игру. Он и не представлял, что ему тоже придётся бросать ножи в людей, не лучшего качества, но все же людей. Мик один раз ответил ей
– А чем он перед тобой провинился? Эл повернулась к нему, и Мику показалось, что она сейчас его просто выжгет взглядом.
– Он убил мать моего друга и мы все чувствуем, что он обладая властью захватывает каждый мир, что встаёт у него на пути, – абсолютно спокойно произнесла она.
Наступала осень, но один из баров на окраине города совсем не изменился, в нём всё так же играла громкая музыка, которая заглушила бы даже звук выстрела из пистолета. Старик всё так же приходил в этот бар, он не любил алкогольных напитков, но ему нравился лимонад и атмосфера этого бара. Он не перестал приходить сюда, даже тогда, когда опасность приблизилась к нему на расстояние двухсот километров. Он уже смирился с тем, что тэсы догонят его рано или поздно, так или иначе. И теперь хотел в последние дни своей жизни насладиться присутствием в баре. Но тэсы не спешили, они прекрасно утроились в этом мире, плели лапшу на ушах тех, с кем работали, воровали деньги и носили чёрные костюмы. Но старик знал, что скрывается под этими смокингами. Под ними серебристое одеяние из металла, которое носят только такие как они, только такие, кто добровольно согласились служить королю. Этот плащ с капюшоном прекрасно гнётся, прямо как ткань, но когда тэса пытаются ударить через плащ тот мгновенно становиться прочным, как металл.
Эл видела тэсов ещё в Запределье, тогда их было мало, тогда звание тэса нужно было заслужить. Тэсы являлись командирами маленьких подразделений по тридцать человек, они участвовали в войнах, а в мирное время были детективами, потому что убийств было много. Сейчас тэсы уже не те, что раньше. Колдун не мог заставить идти на добровольную высшую службу, но мог её предложить, а предатели были всегда. Именно по этому она предполагала, что справится с ними в одиночку. Раньше она имела дело с настоящими тэсами часто, в основном, когда они привозили в город тела мёртвых разбойников. Тэсы не были большими любителями общения, они принимали трупы, мечи, говорили
– Нет разбою в Запределье! – слушали свидетелей и убийцу, кивали, а потом уходили, увозя труп. Тэсы были лучшими из лучших, в основном после того, как привозили труп, вскоре находили кузнеца, что выковывал мечи. Кузнеца бросали в темницу и ничем не кормили, что бы он умер от голода и жажды, а на шайку разбойников устраивали облаву. Кузнецы быстро раскалывались на допросах тэсов, хотя те не прибегали к физической силе, но одного их холодного, пронизывающего взгляда порой было достаточно, что бы кузнец рассказал всё, так ещё и раскаялся в придачу. Но иногда попадались и очень стойкие, что держались по две недели и не раскаивались.
Тэсов всегда боялись на том же уровне, что и Эл со своей компанией, только вот Эл-то знала, что тэсы стоят как минимум на уровень выше неё. Если им было надо, они могли вдвоём прийти и допросить всю деревню, не исключая детей. Если же кто-то что-то знал и отказывался говорить, один тэс поворачивался к другому и знаком показывал ему, что бы он записал имя в допросную книжечку. После этого демонстративного запугиванья человек обычно либо всё рассказывал, либо лишался сна до окончания расследования. Один мужик даже повесился после такого.
Но сейчас было не то время и плащи тэсов выковывали из старых запасов руды и раздавали тому, кто хотел помочь королю разнести его власть по всему космосу или уничтожить его врагов. Старик конечно подозревал об этом, но с ним могли справиться и такие, как сейчас. Знал он и то, что пока тэс на высшей службе короля он не стареет, обычно тэсы уходят в отставку, когда понимают, что всё вокруг них стареет, изнашивается, и нет смысла больше цепляться за жизнь.
Холден не знал только об одном, он не знал, что белая королева отделилась от всех остальных фигур, ведь королева ходит как угодно, за исключением хода конём. Не знал, что может избежать того, что его съедят. Он конечно не почувствовал того, что в одном городе был оформлен чек на имя того у кого настоящего имени давно не было. Он чувствовал лишь расстояние между ним и пешками чёрного короля и расстояние это неумолимо сокращалось.