— Шум нам не нужен. «Удавы» пригодятся и «Чистилищу».., если мы их возьмем. Ваше дело - сторона, Вадим Мартынович.
— Но я могу…
— Вы не задумывались, почему улитка, ползущая по лезвию бритвы, не режется, не ранит себе брюхо? Потому что ползет она медленно. Вы поняли?
Холин сжал зубы, нехотя кивнул.
— Займитесь окружением Цоды, - продолжал Герман Довлатович. - Среди них немало военных чиновников. Этого подонка явно поддерживает кто-то из военных спецов высокого уровня. Собирайте досье.
— Хорошо, займусь. Но может быть, мои ребята помогут в поиске «глушаков»?
— Это все, Вадим Мартынович. Риск вам противопоказан. Спасибо, что вовремя предупредили. Встречаемся теперь лишь по звонку.
Холин помедлил, хотел задать какой-то вопрос, но передумал, надел костюм и вышел. Жанболатов, проводив его, вернулся в зал.
— Контейнер еще в Подмосковье, - сказал Рыков, массируя себе затылок. - Где именно, пока не выяснил. Вывозить его собираются на Алтай. Дорога длинная, так что перехватить успеем.
— Почему на Алтай?
— Потому что заказчик сидит там. - Рыков не стал распространяться на эту тему, так как Темир не знал и даже не догадывался о существовании Бабуу-Сэнгэ, Храма Гаутамы на Алтае и вообще Союза Девяти Неизвестных.
— Готовить свой мейдер?
— Перехват груза будет осуществлять КОП.., не зная, что на самом деле находится в контейнере. А ты готовь акцию по Вадиму Мартыновичу.
Жанболатов прищурясь, но без удивления глянул в пустые уставшие глаза Генерального Судьи.
— Разве он?..
— Он будет нам мешать, - покривил губы Рыков. - Этап парламентского управления «Чистилищем» закончен, начинается этап монархического управления. Ты чем-то недоволен? Возражаешь?
— Конечно нет, - четко ответил Жанболатов.
— Тогда отправляйся к Каледину на базу. КОП должна быть готова к перехвату завтра утром. На цель ее я наведу лично.
КОНТРНАВЕДЕНИЕ
Единственной крупной организацией в Москве, до сих пор сопротивляющейся контролю Сверхсистемы, оставалась сеть городских кладбищ, объединены обществом «с очень ограниченной ответственностью» «Ритуал». В принципе Хейно Яанович пока и не брал за эту мощную организацию всерьез, полагая, что бocы «Ритуала» в конце концов сами придут к нему на поклон, однако шли месяцы, годы, кладбища оставались «терра инкогнита» для «СС», а прибыль своему начальству приносили немалую.
В субботу восьмого июня Хейно Яанович вызвал свой кабинет на Якиманке (не официальный, необходимый ему по должности, а «эсэсовский») заместителя мэра столицы Щербака, который недавно стал Тенью-4, то есть четвертым генералом «СС», и поделился с ним планами завоевания кладбищенской сети.
Владимир Яковлевич Щербак к идее обложить данью «Ритуал» отнесся скептически.
— Вы плохо знаете эту систему, - сказал он бабьим голосом, поминутно вытирая лунообразное лицо платком; тучный, страдающий одышкой, потел он нещадно, однако был удивительно проворен. - Знаете, сколько в столице действующих кладбищ? Около шестидесяти! И каждое охраняется, как укрепрайон! Это армия, Хейно Яанович! Я живу рядом с Калитниковским, отца там а хоронил и хорошо знаю их порядки.
— А вы все же попробуйте выйти на верхи «Ритуала», пощупайте их базу, - ровным голосом ответил Носовой. - Воевать с крутыми мальцами, стерегущими кладбища непосредственно, мы не собираемся. Пусть работают как работали. А вот подчинить верхушку «Ритуала» можем. Соберите досье на президента фирмы, или как он там называется, на заместителей, на исполнителей, проследите за каналами передачи средств, какую информационную базу они опираются, ну и так далее.
— Попробую, - без особого оживления покачал головой Щербак, - но мне известно, что кладбища курирует мой непосредственный шеф…
— Мэр? Луговой? Тем лучше, с ним мы всегда найдем общий язык.
Отпустив, Щербака, Носовой включил компьютер - для него это было своеобразным ритуалом, потому что только по компьютерной сети он выуживал немало ценных и важных сведений, используемых в работе «СС», - и полчаса работал с компсетью под названием «Вист», запущенной мэрией два года назад. Однако звонок по кодовому телефону оторвал его от пульта.
— Пимандр на связи.
— Привет, пастух, - раздался в трубке голос Грушина. - Сильно занят?
Носовой не ждал звонка от своего союзника по «фракции» в Союзе Девяти, поэтому несколько смешался.
— Петр Адамович? Ты откуда?
— С Луны, - пошутил заместитель председателя Нацбанка. - Надо встретиться.
— Где ты находишься?
— На кладбище.
— Где?! - Носовой, который только что имел разговор о сети кладбищ, не сдержал изумления.
— На Ваганьковском, - долетел смешок Трушина. - Не хочешь присоединиться? Очень дисциплинирует, знаешь ли. Заодно повстречаемся со знаменитыми людьми, лежащими здесь.
— В другой раз, - сухо оценил шутку Хейно Яанович.
— Тогда я еду к тебе.
Носовой бросил трубку, посидел немного в задумчивости и вызвал Маюмуру. Японец неслышно возник в кабинете виноватой тенью. Вряд ли он особенно переживал неудачу с покушением на Самандара и Котова, но, как профессионал, оценивал себя невысоко.
— Сейчас ко мне приедет гость. Встретишь внизу и проводишь. Если он будет не один, свиту оставишь внизу. Вежливо, но непреклонно.
— Мы вообще можем ее ликвидировать.
— Хватит ликвидации.., ты уже отличился под Рязанью. Выполняй.
Маюмура безмолвно исчез.
В принципе он был не виноват, встретившись в болотах Мещеры с противником, на голову превосходящим его лично и отряд Маракуца. Но Хейно Яанович и не рассчитывал на иной результат, давая задание уничтожить Самандара с целью прощупать его оборону. Что ж, шесть трупов, уложенных на алтарь проверки, не ахти какая потеря. Зато ясно теперь, что Вахид Тожиевич ждет момента и готов к ответной атаке. Пусть ждет. Придет время, и он забудет о своих претензиях на место в Союзе Девяти. Что же касается отношений со своим телохранителем, Носовой намеренно подчеркивал его несостоятельность - как в эпизоде с Матвеем Соболевым, так и в эпизоде на болотах Мещеры. Злее будет, подумал маршал «СС» равнодушно.
Грушин приехал через час с небольшим.
Вошел, улыбаясь, разводя руки для объятий, будто они не виделись, по крайней мере, несколько лет. Носовой подал руку, кивнул на кресло, отпустил движением брови Маюмуру и сел сам.
— Плохие новости? Плохое настроение? - спросил гость, одетый в неизменный строгий костюм в полоску «парис классик» цвета «беж».
— Не до сантиментов, - отрезал Носовой, переходя на метаязык. - Что случилось, Петр? Что побудило тебя навестить маршала «СС»?
Грушин перестал улыбаться, лицо его стало жестким, надменным, недобрым, карие глаза посветлели, обрели желтый кошачий блеск.
— Видно, ты слишком увлекся делами фирмы, - сказал он, мельком оглядывая интерьер комнаты, задержал взгляд на работающем компьютере. - Но постоянное увеличение скорости топтания на месте не дает положительных результатов. Можешь опоздать к финишу.
Носовой выключил компьютер, зная, как легко Посвященный может входить в память машины, буркнул:
— Конкретнее.
— По моим сведениям, Юрьев организовал похищение партии «глушаков» из спецхрана ФСБ.
— Ну и что? Я в курсе.
— А перед этим он имел встречу с Бабуу.
— И это я знаю.
— А перед встречей координатор посетил Метеору… Не хочешь связать все это в одну цепочку?
Носовой задумался.
— Ты думаешь, сход координаторов принял какое-то важное решение?
— И для его выполнения потребовались «глушаки».
— Зачем? Гипноиндукторы «удав» способны подавлять волю и зомбировать лишь обыкновенных людей. Нам они не опасны.
— Кто знает? Юрьев начал какую-то свою игру.., с Бабуу вместе. Какую? Зашевелился Рыков…
— Да уж, - позволил себе усмехнуться Носовой. - Разработал «волну выключения», натравил на меня ликвидаторов, перехватил несколько операций.
— Кто ему помогает? Головань?
— И Виктор.