— А торт? - На всякий случай мысленно скрещиваю пальцы.
Лиля сказала, что у нее есть знакомая девочка, которая только недавно начала заниматься тортами на заказ и ей очень, очень нужны деньги. Показала мне с десяток ее работ. Принесла на пробу маленький бенто - все оказалось очень вкусно, в меру сладко, и самое главное - деликатно и без горы украшений. Сестра удивила меня еще раз, когда сказала, что раз ресторан полностью оплачиваю я, то она возьмет на себя торт. Мне очень хотелось как-то повежливее намекнуть на то, что эти расходы ей сейчас точно ни к чему… но я прикусила язык и согласилась.
— Я уже все оплатила! - охотно и гордо хвастается Лиля. У меня сразу становится легче на сердце. - С шоколадным бисквитом и вишней, как папа любит. Большой, но без лишней мишуры. А шары, Май? Ты заказала те, золотые?
— Да, завтра в четыре приедут украшать ресторан, к шести все будет готово. Проконтролируешь? Я могу не успеть.
— В четыре? Хорошо, Май, постараюсь, в крайнем случае, точно буду в пять.
Вот уже около месяца как Лиля перешла на новую работу - устроилась консультантом в небольшой, но стильный магазин женской одежды больших размеров. Работа непыльная, график гибкий, и, самое главное, она как будто нашла свою стихию - много красивых вещей и благодарных клиенток. Сестра расцвела, а с моих плеч свалился еще один, пусть и небольшой, но давящий груз. Кажется, мой урок самостоятельности Лиля, наконец, усвоила.
— Май помнишь, что нужно забрать папин подарок? - теперь уже она напоминает мне.
— Помню, заеду после работы, - посмеиваюсь, совсем беззлобно. Ну а что - учиться контролировать остальных тоже нужно уметь. - Все, Лилёк, давай, а то я сейчас шлагбаум поцелую.
Заканчиваю разговор и снова погружаюсь в тишину салона, нарушаемую только приятным мурлыканьем мотора.
Прокручиваю в голове все свои ипостаси: идеальная дочь, идеальная сестра, идеальный руководитель.
Я все помню и все контролирую, абсолютно везде успеваю.
Моя жизнь - хрестоматийно выстроенная шахматная партия, и каждый ход просчитан на десять шагов вперед.
Я все-таки «ловлю» свой первый «красный» буквально в квартале от офиса.
Притормаживаю, пытаюсь сосредоточиться на делах, но рокот мотора справа заставляет меня резко - слишком резко - повернуть голову на звук.
Рядом притормаживает мотоцикл: не полностью черный, не такой большой, и «всадник» - явно меньше… Но у меня все равно на секунду останавливается сердце. А когда отмирает, то каждый удар отдается болью.
Замечаю, что мотоциклист обратил внимание на мой взгляд, быстро отворачиваюсь.
Но он все равно тянется - опирается локтем на дверцу, поднимает визор шлема.
Даже не смотрю.
— Девушка, а куда вы такая красивая едете? - слышу довольно молодой голос. На слух как будто не больше двадцати, хотя кто его знает?
— Трахаться с работой, - отвечаю без капли стеснения и первой стартую на «зеленый».
Взгляд - на дорогу. Мысли - к работе. Все лишнее - в мусорку, как ненужный фоновый шум.
Завтра совещание с Форвардом. Нужно еще раз просмотреть аналитику по кадровому резерву. И не забыть подписать приказ о премировании для отдела адаптации.
У меня было целых три месяца, чтобы освоить этот хардкорный режим. Я научилась строить плотины в своем сознании. Как только предательская волна воспоминаний пытается прорваться в мою реальность, я тут же возвожу перед ней стену из дедлайнов, отчетов, совещаний и цифр. Она глухая и полностью непробиваемая. И за ней — ничего нет. Пустота. Выжженная земля.
У главного куратора «Синергии-2030», женщина, которая пожимает руки чиновникам и решает судьбы дорогущих контрактов, нет времени на то, чтобы лить крокодиловы слезы по прошлому. У нее вообще ни на что нет времени, и это - не проклятие, а благословение.
Я паркую «Медузу» у офисного центра, набрасываю на плечи пиджак и быстро поднимаюсь по ступеням. В приемной встречает Маша. Она, наконец, освоилась, и перестала вздрагивать от каждой моей просьбы. Она больше не похожа на испуганного оленя, скорее на хорошо вышколенную борзую - быстрая, исполнительная и молчаливая.
— Добрый день, Майя Валентиновна, - Маша ставит передо мной чашку дымящегося латте. - Я распечатала отчеты по программе наставничества, они у вас на столе. И пришло письмо из приемной Орлова, я положила его сверху.
Она знает, что я люблю латте с корицей. Знает, что отчеты должны лежать слева, а срочная почта - справа. Еще пара месяцев - и она станет, без преувеличения, идеальной. Но Маша - не Амина: никогда не спрашивает как у меня дела, никогда не приносит мне кекс из кофейни напротив просто потому, что у меня усталый вид.