— Би, давай без вот этих жертв, - чуть-чуть раздражается Слава, и в ответ уже я обнимаю его лицо ладонями, так, что одеяло ползет по плечам, как бы намекая, что если это не сработает – у меня в запасе есть еще один способ закрыть ему рот и поставить жирную точку в препираниях, которые не имеют никакого смысла.
— Я так решила, Дубровский. Ты сказал, чтобы я не решала за тебя, помнишь? Я согласна, но только если это будет взаимно. Так вот – я решила и выбрала. Тебя. Пусть будет так, хорошо?
— Ты точно понимаешь, что ты делаешь?
— Не уверена, но кажется, это называется «сжигать мосты»? – Делаю вид, что раздумываю. А потом улыбаюсь, шире и шире, пока не начинают покалывать уголки рта. - И строю новый. К тебе. Правда, если я засижусь на бирже труда, тебе, возможно, придется оплачивать мои счета за квартиру. Она у меня дорогая, знаешь ли.
Слава сгребает меня в охапку и смеется так громко и счастливо, как кажется никогда. А я жмусь щекой к его груди и позволяю себе наслаждаться этим моментом до последней секундой. Вбирать кожей каждую нотку смеха, вибрирующую в его груди.
— О квартире можешь не волноваться, Би, потому что ты переезжаешь ко мне.
— В смысле? – Выныриваю из сопливо-романтической неги и смотрю на него ошарашенно округлившимися глазами.
— Ты переезжаешь ко мне, - чуть медленнее, с расстановкой повторяет Дубровский. Ну это же просто смешно - мы живем через стенку. Хватит.
— Ничего себе ты быстрый, - все еще не могу отойти от шока. – Я переехала месяц назад…
— Ну, давай для начала ты просто перевезешь ко мне свои вещи и наведешь тут красоту, а потом мы подумаем, как их можно… ну, допустим, соединить.
— Ты мой блестящий инженерный ум, - выдыхаю, не в силах сопротивляться. Хотя тоже даю себе право поймать шок чуть-чуть позже, когда накатит осознание, что я собираюсь переехать к мужчине. В последний раз это было много лет назад, когда я решила на годик сходить замуж, и хоть с бывшим мужем мы расстались по абсолютно взаимному спокойному решению, без камней за пазухой, тогда же я решила, что еще раз на такую авантюру как совместное проживание с мужчиной, я соглашусь только оооочень хорошо подумав. Но – мое «хорошо подумала» ограничилось примерно… парой секунд?
Пока я раскачиваюсь на волнах внутренней рефлексии, Слава вытягивает меня наружу – тянется, целует. Нежно и глубоко, выключая всю остальную Вселенную, оставляя как будто только нас. И хотя стальной шарик в его языке превращает буквально любой поцелуй в действие «строго 18+», сейчас он действительно просто концентрация нежности.
Я подаюсь, протягиваю руки выше, чтобы обхватить его за шею, тянусь.
Одеяло окончательно сползает на пол.
Слава моментально подхватывает меня на руки, прижимает к себе, так крепко, что я тихонько пищу от восторга. И почему-то красную, когда понимаю, что он уверенно тащит меня в спальню.
— Точно уверена? - шепчет мне в губы. - Насчет работы? А то у меня в запасе есть парочка аргументов, как заставить тебя передумать.
— Абсолютно, - задыхаюсь, жадно целуя его колючий подбородок и прокладывая дорожку вниз, по шее, до ключиц. – Но аргументы ты все равно используй, Дубровский – не пропадать же добру…
И он, конечно, использует.
Глава двадцать четвертая
Утро понедельника начинается не с кофе – оно начинается с паники.
Я просыпаюсь в кровати Славы, окутанная его теплом и запахом. Сквозь щель в вертикальных жалюзи пробивается наглый оранжевый рассвет, и мой мозг мгновенно включается. Просто чудо, что после нашего вчерашнего секс-марафона у меня хватило ума сунуть телефон под подушку, иначе я точно впервые бы в жизни проспала. На быльнике – без десяти шесть утра. В восемь мне нужно быть в офисе, а в восемь тридцать – важное совещание с ТОПами. А вся моя работчая «броня» - костюмы, туфли, косметика – находится в другой квартире.
— Господи, - бормочу, пытаясь выбраться из-под тяжелой руки Дуброского, которая по-хозяйски лежит у меня на талии. – Вот черт!
— Ммм? — Слава что-то мычит во сне, не разжимая объятий, и утыкается носом мне в затылок. - Куда, Би? Еще рано.
— Я не успею собраться, - слегка паникую, но все равно на минутку задерживаюсь в его руках.
— Возьми отгул, - он сонно целует меня в плечо. - Скажи, что заболела. Умерла. Воскресла. Какая разница.
Я все-таки выкручиваюсь из крепкой мужской хватки, вскакиваю с кровати. На мне – только его черная футболка, и даже несмотря на вчерашнее, я все равно стыдливо одергиваю ее по бедрам. Заниматься сексом с ним я совершенно не стесняюсь – вообще ни в чем, а вот просыпаться утром в одной кровати – все еще немного… странно.