Шершень: А я уже привык, что ты всегда уходишь от ответов. Трусиха))
На часах почти одиннадцать.
Я убираю книгу, откладываю телефон, чтобы не поддаться искушению пожелать ему спокойной ночи. Мы давно этого не делаем. Мы как будто намеренно не оформляем нашу переписку в какие-то временные рамки, не переходит к обязательным ритуалам.
Так безопаснее.
Так мне проще контролировать свои мысли.
А еще я всегда заканчиваю первой, чтобы не нарваться на момент, когда мое позднее сообщение снова останется без ответа.
Глава третья
Май в этом году решил сойти с ума и обрушился на город не по-весеннему щедрым, почти летним теплом, выманивая людей из их бетонных коробок на улицы, в парки, ближе к морю, которое лениво облизывает берег и пятки первых рискнувших открыть купальный сезон задолго до того, как это продиктует календарь.
Мы с Наташей и ее маленькой дочкой, гуляем по новому, только что открывшемуся парку. Он раскинулся на несколько гектаров вдоль побережья, и воздух здесь — густой, пьянящий коктейль из запахов соленого бриза, молодой листвы и сладкой ваты, которую продают в передвижных киосках. Вокруг - детский смех, лай собак, гул голосов, и вся эта какофония звуков почему-то не раздражает, а наоборот - погружает в состояние ленивой безмятежности.
Это как будто другая реальность, специально для того, чтобы я не забывала, что за пределами офиса жизнь все равно существует, и она совсем другая.
— Мам, смотри, качели! - Катя, с визгом вырвавшись из Наташиной руки, несется к игровой площадке, ее светлые хвостики подпрыгивают в такт бегу.
— Только осторожно! - кричит ей вслед Натка, пытаясь изображать строгость, хотя на самом деле она - идеальная мать.
Понятия не имею, как ей удается выдержать баланс между нежностью и твердой рукой, но кажется, это тот самый идеал, к которому стремилась бы я сама, если бы допускала мысль о детях… в каком-то обозримом будущем.
Мы садимся на скамейку, подставляя лица солнцу. Я снимаю солнцезащитные очки, прикрываю глаза и на мгновение позволяю себе просто быть. Не думать о работе, о Резнике, о Юле, о мужчинах, которые, как назло, появляются в моей жизни, чтобы превратить ее в минное поле. Просто дышать. Чувствовать, как тепло проникает под кожу, разгоняя застоявшийся холод.
— Хорошо-то как, - тянет Наташа, откидываясь на спинку скамейки. — Я уж и забыла, когда в последний раз вот так просто сидела и ничего не делала.
Я поворачиваю голову и смотрю на нее. Она сегодня какая-то особенная. Счастливая. Нет, она всегда была жизнерадостной, даже в самые тяжелые времена, но сейчас в ней светится что-то новое. Спокойное, глубокое, умиротворенное. Это счастье идет изнутри, оно в блеске ее глаз и в мягкой улыбке. Даже в том, как она лениво потягивается.
— Ты вся светишься, - говорю я, и это не комплимент, а констатация факта.
— Да? - Подруга смущенно улыбается, поправляя выбившуюся из пучка прядь. - Это все Костя. Он… такой, Май. С ним так просто. И это так охуенно.
Я киваю, искренне за нее радуясь. После двух неудачных браков, после разочарований и боли, моя Натка, наконец, нашла своего человека. Костя - полная противоположность ее бывшим. Спокойный, основательный, немногословный. Я видела их вместе всего пару раз, но этого достаточно, чтобы понять - у них именно вот то самое, настоящее.
— Мы тут на лето планы строим, - продолжает Натка. Ее голос наполняется мечтательными нотками. - Хотим на машине поехать на юг, дикарями. С палаткой, с костром. Костя говорит, Катьке понравится. А еще он хочет сделать ремонт в ее комнате. Сам. Уже нарисовал проект — там будет кровать-чердак, как она мечтала, и стена для рисования мелом. Представляешь?
Я представляю и улыбаюсь как дура, как будто речь о моем. личном. И от этой картинки - простой, домашней, наполненной любовью и заботой — на душе становится тепло.
— Это просто замечательно, Натка, - прищуриваюсь, стараясь не слишком смущать ее своей дурацкой улыбкой. - Ты заслужила это счастье.
Она смотрит на меня, и ее улыбка становится еще теплее.
— А ты? - спрашивает очень осторожно, и в этом вопросе нет ни любопытства, ни желания залезть в душу. Только искреннее беспокойство. — Что у тебя, Май? Ты какая-то… прозрачная в последнее время. Как будто смотришь сквозь людей.
Я вздыхаю. Ничего от нее не скроешь. А с другой стороны - разве не такой должна быть настоящая лучшая подруга? Читающей межд строк.
— У меня все как всегда, Натка. Любовь с работой. Страстная, изматывающая, без выходных и праздников.