Я проглатываю очередной укол ревности.
Это же просто старые фото — какая разница, что несколько лет назад Слава вот так непринужденно обнимал женщину, которая похожа на Мисс Вселенная?
— На твоем фоне я чувствую себя чуть ли не светской сплетницей, — Наташа в шутку закатывает глаза, — Игорь Вольский был главой аграрной партии «Наша земля».
Она замирает, ждет.
Я снова упрямо качаю головой. Для меня политика — это примерно как лабиринт, в котором я заблужусь даже с компасом, картой и указателями.
— Ладно, — подруга окончательно завязывает с попытками меня впечатлить. — У него самого была блестящая репутация — ни единого пятнышка — горюющий вдовец, прекрасный любящий заботливый отец, думатель за народ, бла-бла-бла. Честно говоря, я думала, он прям до президентского кресла продираться будет. Но… В общем, сейчас он генпрокурор.
Вот теперь ей действительно удается меня впечатлить.
Потому что, хоть имени фамилий всех генпрокуроров я не знаю, но то, что именно это за должность — в курсе.
Пока Наташа рассказывает, я поддаюсь слепому порыву, вбиваю в поисковик «Вячеслав Форвард Алина Вольская»… и нервно провожу языком по совершенно сухим губам, когда на меня обрушивается вал их фото — по отдельности и вместе. Мне все еще сложно узнать в этом модном элегантно парне — Дубровского. Как будто передо мной не Слава — а его брат-близнец. И даже взгляд у него как будто другой — не такой пронзительный, более открытый. А Алина — она просто безупречна буквально на каждом фото. Не женщина, а полное бинго — идеальное лицо дополняет идеальная фигура. Я стараюсь не допускать мыслей о том, что так просто не бывает, потому что вслед за ними идут попытки «оправдать» всю эту слепящую красоту идеальной работой пластических хирургов и профессиональных косметологов. Но даже если и так — какая к черту разница, если она не выглядит как типичная гламурная кукла, сделанная словно по одному лекалу?
А еще меня разъедает желчная злость за взгляд, которым она смотрит на Славу. Потому что она смотрит на него с обожанием, с нежностью, с той самой уверенностью женщины, которая знает, что этот мужчина принадлежит только ей.
Именно так и должна смотреть на своего мужчину по уши влюбленная в него женщина.
И он… конечно, отвечает ей взаимностью абсолютно на всех общих фото.
«Странно, что они не запустили стикер-пак под названием «Любовь как она есть», — едко комментирует моя внутрення сучка, и я быстро откладываю телефон в сторону. На всякий случай, потому что за эту пару минут во мне выработалось столько желчи, что самое время пить что-то для профилактики желчнокаменной болезни.
— Ну и как тебе? — Голос Наташи возвращает меня в реальность. Я пытаюсь сделать вид, что не понимаю, о чем она, но подруга моментально меня раскусывает. — Я же видела, что ты там гуглила, Майка.
— Они хорошо смотрятся вместе, — говорю самую нейтральную версию того, что на самом деле думаю обо всех их обнимашках и миловании на камеру.
— Смотрелись, — поправляет подруга, делая акцент на то, что все это было в прошлом, а сейчас ситуация может быть другой.
Я сразу вспоминаю, что на всех их фото Слава явно выглядел не так, как сейчас. То есть буквально — ни на одном я не нашла хотя бы намек на пирсинг или татуировки, хотя на даты публикаций и статей не обращала внимания. А еще… он же был с другой. Как минимум дважды я видела их вместе.
О себе в его жизни я стараюсь просто не думать.
Глушу болезненные вопросы бесконечным повтором «мы просто друзья…».
Только это ни фига не работает. Примерно как подорожник на открытый перелом.
Мне не очень хочется копаться в грязном белье Дубровского. Чувствую себя Пиноккио, который сует свой любопытный нос в слишком узкую замочную скважину, заранее зная, что увидено мне точно не понравится. Это же… его личная жизнь, какое мне дело, что в ней было?
Но все равно молча киваю на вопросительный взгляд подруги, когда она просто ждет отмашку, продолжать или поставить на паузу.
— Алинка забеременела. — Наташа снова делает такое лицо, как будто речь идет о самой противоестественной вещи на свете. — Но знаешь… В общем, она та еще штучка. Пару раз пьяная из клуба вылезала, материла всех на чем свет стоит, потом — уехала тусить с какими-то мужиками в Дубай. Все это было… ну, как бы на виду, хотя папочка явно использовал все связи, чтобы вычистить последствия дочкиных похождений. Сложно строить политическую карьеру, когда твоя кровиночка буквально маленькая шлюха.