- Они первые начали. Сказал, щас получишь, я ему и ответила, щас сам получит, - продолжила оправдываться Милада перед братом.
- Так, всё, хватит.
- Может мы их зря отпустили? - тихо спросил Ярослав у друга.
- Если что найдём, раз по местным скверам трутся, значит местные.
- Я одного знаю, в универе видела, - подала голос Дашка.
- Вот и замечательно, - сказал Кирилл.
Ярослав честно пытался смотреть куда угодно, только не получалось, он не привык глаза отводить и прятаться. Тело девчонки взывало к исследованию и не только визуально. Срочно содрать с неё это замечательное платюшко, вымыть неторопливо под душем от пыли, обсушить полотенцем и исследовать долго-долго, каждый изгиб девичьего тела пробовать на вкус... Воздух будто накалился сильнее, вроде уже прохладнее стало, да только мучится от духоты. А малявка словно почуяла, бросила быстрый испуганный взгляд. Отвернулся, помни товарищ - сестра Кира. Тем более хамки не в его вкусе. Но кто виноват, если она комочек счастья.
Дашка украдкой погоядывая на Кирилла, окупировала место рядом с ним. Милада оказалась позади с занимающим всё пространство Ярославом. От которого не укрылись томные взгляды на друга. Ухмыльнулся про себя. Интересно, знает ли, как подружка его сестры на него слюни пускает.
Милада стиснув зубы, словно на иголках сидела возле самой двери, прижимая салфетку к кровившей коленке. Даже когда этот громила не смотрел на неё, все равно ощущала взгляд, кожа пылала, будто в реале трогал, хотелось потереть рукой, словно прогнать нахальные действия.
- Я что сказал? В кино и домой! - продолжал Кир ругаться.
Неугомонный - думалось девушке, брат невыносим. Чуть что орет не хуже истерички.
- Мне вообще-то не пятнадцать, - не удержалась, огрызнулась.
- Что ты там сказала? - обернулся Кирилл.
- Ничего, - отвернулась к окну, лицо горит огнём. Этот опять смотрит.
Настолько не по себе, что даже на ругань брата ответить не может нормально. Как только подъехали к дому, пулей вылетела из машины, захромав, поковыляла к подъезду. Кирил дал Дашке ключи от своей квартиры. Ночевать у него будут. У брата просторная трешка, только после ремонта. Места всем хватит, а Милада так вообще рада. С момента переезда очень любила у него оставаться, да и просто бывать.
- Носа не высовывать!
Дашка кивнула и девчонки скрылись за тяжелыми дверями. Ярослав пересел.
- Коза малолетняя... - ругался Кирил, смотрел на окна, ждал пока свет загорится.
- А ты в курсе, что подружка сестренки твоей, вздыхает на тебя?
- Дашка? Да ну. Сдался я ей.
- Я тебе говорю, смотри, придёт ночью соблазнять, - засмеялся.
- Нужна она мне, двадцатилетняя соплюшка.
- Но какая... - вздохнул Яр картинно. - И не такая уж и соплюшка.
Кирилл на него пристально посмотрел.
- Озабоченный что-то ты последнее время, бабу заведи. Светы видимо не хватает, или она отлынивает?
- Кир, хорошенькая.
- Не рассматривал, она ж подружка Милады. Такая же соплюшка. Ты их видел? Это только в паспортах написано восемнадцать, двадцать, а на самом деле это дети. При том шкодные до невозможного, бестолковые до ужасу.
Выдохнул громко.
- Таких же соплюшек не ты ли клеил на пляже? - не унимался Ярослав. - А потом драл всю ночь.
- Не ровняй, те не тянули на школьниц, с такими то сиськами, а задницы больше моей в два раза, - насупился Кирил. - Я вот вижу как ты на мою малявку смотришь.
Ярослав промолчал. Впервые приходится думать о том, как скрыть свои желания от друга и получается видимо плохо.
- Яр, не смей, это моя сестра. Она не твой комочек счастья. Забудь. Такому извращенцу, как ты, не место рядом с ней. Не тяни лапищи к моей малявке, я тебе её не отдам, глотку перегрызу, - заведеного Кирилла несло.
Ярослав снова промолчал. Кирилл в упор на него уставился, не моргая.
- Бабу заведи.
- Отвали истеричка, тебя хватает.
Уже дома Ярослав тоже никак не мог успокоиться. Денёк бешеный выдался. Бабу заведи... Ухмыльнулся, вытираясь синим махровым полотенцем. Бросил возле кровати и увалился голышом на прохладные простыни. Устал, а уснуть не может. Перед глазами комочек счастья. Слишком болтливое счастье, хамоватое, а его явно боится. Не может не смотреть, если б не сестра Кира, уже бы взял в оборот. Тяжело выдохнул, какой темперамент должно быть в постели у подобной малышки. Щёчки розовеют, а сама чудеса творит... Покорные облизывающие его барышни видимо приелись, новизны захотелось, на остренькое потянуло. Или просто эффект от запущенного процесса. Зажмурился, улыбаясь. Во встрял, сестра Кира, а этот всё понимает и не хочет признавать, что назад дороги нет, процесс пошел, не потушить. В любой момент тормоза откажут.