Молчу жую губу. Внутри меня бушует злость и обида.
- Стефания? – впивается взглядом.
- Хорошо, но только сегодня. И танцевать буду, как умею.
- Танцевать будешь соблазнительно, шпагатов и всяких там трюков от тебя не требуется, поняла?
Молча киваю.
- Иди, время – тычет своим пухлым пальцем по наручным часам.
- Деньги сразу после смены – осмеливаюсь поставить условия. Я знаю, что так можно, девочки иногда так делают.
- Чёртовка – хищно улыбается. – Хорошо. Иди.
Девчонки помогают мне с одеждой и макияжем. Когда подготовительные работы закончены, я не узнаю собственное отражение в зеркале. – Ничего себе! – выдаю на выдохе.
- Конфетка – довольно улыбается Олеся. – Пусть это будет сегодня твоим сценическим именем – смеётся.
- Я что буду танцевать одна? – пугаюсь. Обычно девочки танцуют вдвоём, в разных концах сцены, но бывают и их сольные выступления. Альбина часто танцевала одна, на этом можно собрать неплохие чаевые.
- Конечно будешь. Ты же понимаешь, нам нужна будет передышка – фыркает Катя.
Вздыхаю. Мне кажется я сама ещё не до конца понимаю во что вписалась. Благо танцевать я умею. В своё время долго ходила на танцы. Пусть и в посёлке, но всё-таки, чувство такта у меня есть, справлюсь. Стараюсь не думать, как сильно оголена моя грудь, затянутая в корсет, то что вместо юбки у меня кожаные шорты на половину ягодиц, на ногах чулки и высокие шпильки. Волосы распущены, макияж яркий, вызывающий. На лице красивая, ярко розовая бархатная маска. Это было моим условием.
Первые два танца мне даются тяжело. Но хотя бы я не одна. Потом не большой перерывчик и снова полумрак, довольные и сытые лица мужчин. Они жрут тебя глазами, некоторые даже не скрывая облизываются. Стараюсь абстрагироваться, не думать об этом, сосредотачиваюсь на танце.
Вечер набирает обороты. Начинается вечерняя программа. Пока девочки танцуют свои сольные танцы, я продумываю каким будет мой танец. В голове каша. Время пролетает быстро.
- А сейчас выступит наша юная леди! Прошу, наша вкусная, сладкая конфетка! – слышу голос ведущего Артёма. Сердце заходится в ритме. Выхожу. Боже! Народу в разы прибавилось. Мне жутко страшно, колени подкашиваются, руки дрожат, но я старательно держусь. Осанка, подбородок и пошла. Спасибо Алексу нашему диджею, он включает мою любимую песню, мне данный факт очень помогает растворится в танце. Буквально через минуту мою робость, как рукой снимает, я даже осмеливаюсь спустится со сцены, прохожусь между столиками. Девочки всегда так делают, это их деньги. Мужчины разного возраста пожирают глазами, кто-то одаривает красивыми купюрами. Улыбаюсь, но тут мой взгляд выхватывает хорошо знакомые холодные, серые глаза, я не забуду их никогда. Герман, он пристально смотрит на меня. Старательно продолжаю двигаться, плавно покачивая бёдрами, не дыша прохожу мимо, остро ощущаю как горячие пальцы чуть касаются меня, когда Герман за пояс шорт закладывает купюры. Благо песня заканчивается, возвращаюсь на сцену. Сердце продолжает бешено колотится в груди, пульс зашкаливает. Надеюсь, что он меня не узнал.
- Аплодисменты нашей юной исполнительнице! – снова голос Артёма.
Не дожидаясь, нагло сбегаю. Забегаю в гримёрку, рвано дышу. Лицо горит, сердце не сбавляет ритм.
- Стеф! – заходит в гримёрку Рустам. – Молодец девочка – улыбается. – Отлично справилась. Подумываю тебя перевести в танцовщицы.
- Нет – срывается мой голос.
- Ладно, ладно – опускает ладони на мои плечи. От его прикосновений становиться неприятно, хочется повести плечами, чтобы скинуть ладони Рустама. – Не кипятись. Сейчас остынешь, куш подсчитаешь, а там проговорим.
Молчу, у меня нет сил его переубеждать. Я лучше десять смен официанткой отработаю, чем снова решусь на подобное.
- Я вообще зачем пришёл. У тебя будет приват.
- Что? – расширяю глаза. – Нет, вы обещали.
- Послушай меня крошка, твоя смена ещё не закончилась. Обещал, да, но тут клиент денежный, но надёжный. Просто танец, без интима. Ну понравилась ты ему.
- Нет – говорю твёрдо.
- Послушай крошка, а я ведь могу и обидится – зло скалится.
По спине пробегается холодок, Рустам наклоняется ко мне так близко, что к горлу резко подскакивает тошнотворный комок.
- Один танец и ты свободна, иначе станцуешь лично для меня, на прощанье – расплывается в улыбке.
Сжимаю кулаки, стиснув зубы. – Один танец, ты платишь мне заработанные деньги, и я уезжаю домой.