Я была уверена, что наше знакомство с ним неизбежно, как и помолвка с Рафаэлем, которая, казалось, уже предопределена. Но я не собиралась так просто сдаваться. Внутри меня разгоралось желание бороться, и я знала, что не позволю обстоятельствам взять верх.
— Ещё я хочу сообщить одну из самых важных новостей за все мои годы жизни. Моя старшая дочь, наконец, совсем скоро выйдет замуж. Помолвка состоится уже завтра, — произнес отец, и меня моментально пронзило, словно удар тока.
— ЧТО? — громко воскликнула я, и все присутствующие, включая свиту Рафаэля, с удивлением обернулись ко мне.
Мирабель осторожно взяла меня за плечи, пытаясь предотвратить назревающую ссору. О, поверьте, она была бы неизбежна, и мне было бы всё равно на огромное количество свидетелей. Отец смотрел на меня с серьезным выражением лица, словно призывая молчать, но я не могла сдержаться.
Шагнув вперёд, я хотела подойти к нему, но меня остановили мать и Бруно. Брат шёпотом умолял не начинать ссору, предлагая решить всё позже, наедине. Мать же говорила, что всё уже решено, и мне нет смысла возражать.
Мой взгляд встретился с глазами Рафаэля, который с довольной улыбкой наблюдал за моей реакцией. Он знал! Этот человек знал, что помолвка состоится уже завтра, но предпочел хранить молчание. Теперь я понимала, почему он так легко говорил о том, что ему нравится мой характер.
Я резко оттолкнула брата и быстро направилась в сторону Моретти. Его люди напряглись. Японец убрал руку под пиджак, видимо, на случай, если придётся взяться за оружие. Смешно. Рафаэль же спокойно поднял руки, убеждая своих людей не двигаться.
Оказавшись рядом с ним, я оглядела всех присутствующих, которые внимательно следили за моими действиями. Отец напряжённо поджал губы.
Подняв голову, я взглянула на Рафаэля — на своего будущего мужа, как бы мерзко это ни звучало. Что ж, значит, ты любишь таких, Рафаэль? Хорошо, посмотрим, как долго ты сможешь продержаться рядом со мной.
С наглой улыбкой на лице я прошептала:
— Я безмерно счастлива предстоящей помолвкой и с огромным удовольствием стану твоей женой, — начала я, и Рафаэль показательно улыбнулся, понимая мою фальшь в голосе. Однако мои следующие слова вмиг стерли его улыбку с лица.
— Но только лишь для того, чтобы полностью разрушить твою никчёмную, бесполезную жизнь. Со мной ты будешь чувствовать себя, как в самом настоящем аду. Я сделаю всё, чтобы ты страдал в этом браке. И ты обязательно пожалеешь, что выбрал меня в качестве своей супруги. Ещё увидимся, caro.
Мои слова услышал японец. Он тихо усмехнулся, и на мгновение наши взгляды встретились. Между нами будто проскочили искры заинтересованности, но я не желала акцентировать на этом внимание.
Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Впереди меня ждал долгий путь, полный интриг и борьбы. Но я была готова. Я была готова к тому, чтобы превратить жизнь Рафаэля в кошмар, к тому, чтобы заставить его пожалеть о дне, когда он решил связать себя со мной.
Я чувствовала на себе взгляд японца. Он все еще наблюдал за мной, и в его глазах читалось что-то, что я не могла до конца понять. Это было не просто любопытство, а скорее… предвкушение. Словно он знал, что я только начинаю свою игру, и ему было интересно посмотреть, как она развернется. Я позволила себе легкую, едва заметную улыбку. Возможно, этот незнакомец станет моим союзником. Или, наоборот, еще одним противником. Время покажет.
Я повернулась и направилась к дому, оставляя за собой шлейф недосказанности и напряжения. Каждый шаг отдавался эхом в тишине двора. Я знала, что этот вечер – лишь начало. Начало моей мести. Начало моей новой жизни. И я не собиралась останавливаться, пока не достигну своей цели. Рафаэль, ты выбрал не ту женщину. И ты скоро об этом узнаешь.
Оказавшись в своей спасительной комнате, я вышла на балкон, который прилагался к моей комнате, и вдохнула свежий воздух летней ночи. Не было никаких сил думать о том, что делать дальше. Почему это произошло со мной? Как быть? Как спастись?
Вспомнив об Алессандро, я представила, как он официально приезжает к нам домой, просит моей руки у отца, как тот соглашается, благословляя нас, и мы, счастливые, женимся, даря клятвы, которые обязаны будем сдержать, несмотря ни на что. Как потом летим куда-нибудь в медовый месяц и живём долго и счастливо.