— В отличие от тебя — да. Я молод, горяч и красив. Тебе-то уже тридцать. Хотя выглядишь ты всё равно моложе меня, как ни крути, — с легкой ноткой зависти произнес Моретти и налил себе в бокал виски.
— Вы уже определились с местом для сбора гостей? — спросил я, меняя тему.
— Конечно, у нас. Но перед этим мы быстренько совершим поездку во Флоренцию, чтобы забрать оттуда одну очень симпатичную и демоническую особу, — с воодушевлением ответил он, облизнув губы.
Госпожа Де Коста, кто бы сомневался.
***
Время пролетело незаметно, и вот уже настал день рождения Моретти. С самого утра слуги суетились по дому, готовя всё к празднику. Сам именинник ещё не вернулся, так как со вчерашнего вечера решал вопросы, возникшие из-за смерти Роберто. Его люди начали подозревать, что всё это было спланировано, и кто-то намеренно избавился от него.
Кроме того, Пеллегрино специально поднял шум из-за погибшего, и теперь среди людей Моретти появились сомнения. Ему пришлось собрать совет, чтобы как можно скорее решить этот вопрос.
Меня он оставил дома, попросив доставить Де Косту и её свиту к нему домой, как только начнётся мероприятие. Оставалось не так много времени, и я решил переодеться.
Мой дом располагался на территории поместья Моретти. Когда мне исполнилось двадцать три года, отец Рафаэля выделил мне участок земли для строительства собственного жилища. Он сказал, что это подарок за все мои заслуги. Однако, по правде говоря, им нравилось, как я избавлялся от людей.
Спустя час я уже ехал в отель «Атлантис Баи», чтобы забрать семью Де Коста. По дороге мне позвонил Моретти и сообщил, что вопрос наконец-то решён в нашу пользу. Это было хорошей новостью.
Подъехав к отелю, я вышел из машины ровно в тот момент, когда оттуда выходила Розэбель Де Коста со своей семьей. Её взгляд был полон злости и ненависти ко всему происходящему.
Она шла ко мне модельной походкой, на высоких каблуках, в коктейльном платье тёмно-бордового цвета, едва достававшем ей до колен и глубоким вырезом на груди. Её распущенные волосы красиво ниспадали ей на плечи, а шею украшало дорогое колье.
Я сразу узнал, что это за камни и кто их любит. Пеллегрино. Он уже успел пометить её? Этот человек заслуживает самого сурового наказания. Рафаэль ему этого не простит.
Розэбель подошла, её губы тронула дерзкая улыбка, и она нарочно провела пальцами по своему колье. Я же, сохраняя полное спокойствие, лишь открыл ей переднюю дверь машины. Тут подоспел её отец, и мы обменялись крепким рукопожатием. Сестра Де Косты, смущенно улыбнувшись, устроилась на заднем сиденье с остальными. Её брат же, бросив на меня полный отвращения взгляд, без всякого приветствия забрался в машину.
Я снова сел за руль, завёл машину и, набрав ход, направился к особняку Моретти. Всю поездку Де Коста молчала, погруженная в переписку. Я мельком уловил обрывки разговора её родителей: мать настаивала на переносе свадьбы хотя бы на пару месяцев, но отец был непреклонен, ссылаясь на то, что и так слишком долго ждал, чтобы выдать старшую дочь замуж.
Когда мы свернули на подъездную аллею к поместью, ворота распахнулись, и мы оказались на парковке. Все начали выходить, но госпожа Де Коста осталась на своём месте. Я притормозил, отстегнул ремень и повернулся к ней.
— Вы идете, госпожа Де Коста? — не выдержав, спросил я.
Она недовольно вздохнула, убрала телефон в сумку и только после этого посмотрела на меня.
— Помнится, ты не хотел со мной разговаривать. Зачем сейчас начал? — спросила она.
— Потому что другого выхода нет. Все уже вышли, вам тоже пора, — уже более спокойно произнёс я.
Она откинулась на спинку сиденья и посмотрела вперёд, туда, где шла её семья. Тихо выдохнув, она сложила руки на груди.
— Больно наблюдать за тем, как твои близкие радуются твоему горю…, — еле слышно прошептала Де Коста и, не дав мне времени ответить, резко распахнула дверь и вышла, захлопнув её с такой силой, что я вздрогнул.
Чуть нахмурившись, я задумался над её словами и тоже вышел, следуя за ней. Меня насторожило, с каким сожалением и обидой прозвучала её фраза.
В доме было людно и шумно. Гости уже успели распределиться по своим занятиям: слышались обрывки светских разговоров, звон бокалов в дружеских компаниях, тихие восхищенные вздохи при осмотре интерьера, а кто-то, казалось, просто не мог усидеть на месте, постоянно перемещаясь. Семья Де Косты, словно растворившись в воздухе, куда-то исчезла.