Внезапно я услышал тихий грудной смех и резко открыл глаза. В комнате было слишком темно, чтобы разглядеть, кто стоял передо мной, но уже сам смех выдал мне, что это была за личность.
— Ты не меняешься, Янг. Всё также хранишь оружие под подушкой. Но не беспокойся, я пришёл не для того, чтобы убить тебя, — невозмутимо произнёс Пеллегрино, проходя к креслу, стоящему неподалёку от моей постели.
— Никогда не знаешь, когда в спину может прилететь нож, — сдержанно ответил я, приподнимаясь на кровати, чтобы видеть его выражение лица.
— Столько лет прошло, Янг. А ты до сих пор обижаешься? — с лёгкой ухмылкой произнёс Пеллегрино.
— Лет? Пять лет — это не так уж и много. А вот месть всегда подаётся холодной. И для этого необходимо достаточное количество времени.
Пеллегрино посерьёзнел и включил лампу, стоящую на журнальном столике. Свет осветил его уставшее и изнурённое лицо. Ему пришлось нелегко после смерти Роберто, и он знал, кто виновен в его гибели.
— Оно тебе надо было? — спросил он.
— Это не было моим желанием. Я выполнял приказ.
— Вечно ты агрессируешь при встрече со мной. Разве ты забыл? Мы когда-то были друзьями, — Пеллегрино сложил ногу на ногу и откинулся на спинку кресла.
— Ключевое слово здесь — были, — сухо заметил я, вставая с кровати и надевая спортивные штаны.
— Хорошо, сейчас не о нас. Я пришёл поговорить, — он приподнялся и опёрся руками о колени. — Это касается госпожи Де Коста.
Её имя эхом отозвалось в моей груди и в голове сразу возник образ, когда я вжимал её в стену ванной комнаты. Но я постарался не выдать своих эмоций. Пеллегрино пристально наблюдал за мной, ловя малейшие изменения на моём лице.
— Обязательно обсуждать это ночью? — спросил я.
— Да, других вариантов у меня нет. Ты всё время с Моретти, и у меня нет возможности поговорить с тобой наедине, — с лёгкой издёвкой произнёс Пеллегрино.
— Говори, что хотел, и уходи из моего дома, — равнодушно бросил я, остановившись рядом с ним и окинув его взглядом сверху вниз.
— Сегодня Розэбель выходит замуж за Рафаэля. К сожалению, мне не удалось наладить отношения с её отцом, и я уверен, что это ваша работа. Конечно, Моретти — ужасный собственник и не позволит никому забрать то, что, по его мнению, принадлежит ему, — в его голосе звучала горечь потери и боль.
— Но у меня к тебе будет только одна просьба. Я буду очень благодарен, если ты её выполнишь, — продолжил он спустя мгновение.
— Откуда такая уверенность, что я выполню твою просьбу после того случая? — съязвил я.
— Ты выполнишь её хотя бы потому, что помнишь, как поступили с твоей сестрой…
Я резко втянул носом воздух. Напоминание о сестре ударило меня ножом в сердце. Уже несколько лет я старался не произносить её имени и не вспоминать. Пеллегрино, этот чёртов подонок, умеет давить на нужные раны.
— Я знаю, что это причиняет тебе боль. Просто выполни мою просьбу, и я больше ни о чём тебя не попрошу.
— Что ты хочешь? — прошептал я, стараясь сдержать эмоции.
— Сбереги Розэбель. Не дай Моретти испортить её. И сделай всё, чтобы он даже пальцем не тронул её.
Я нахмурился. И откуда у него такая смелость просить о таком?
— Ты издеваешься? Она станет его женой, и Моретти будет иметь право делать с ней всё, что пожелает, — грубо ответил я, но в душе что-то всколыхнулось.
— Я имею в виду, не позволь ему избивать Розэбель, иначе мне придётся вмешаться, — жестко отрезал Пеллегрино, вставая с кресла.
— Я уверен, что ты выполнишь эту просьбу, — с улыбкой произнес Пеллегрино, словно ему было известно что-то, о чём я не догадывался.
— С чего бы это? У меня нет таких полномочий.
— Я видел, как ты смотрел на мисс Розэбель, Янг. Этот взгляд на твоём лице я видел лишь однажды, — сказал он, кладя руку мне на плечо.
Я резко сбросил её и отступил на шаг назад.
— Не смей прикасаться ко мне, Пеллегрино. И не смей больше сюда приходить. Иначе в следующий раз я выстрелю, — предупредил его я.