Нам с Мирабель выделили отдельную комнату в поместье Моретти, чтобы подготовить меня к церемонии. Гости уже были внизу и с нетерпением ждали моего выхода. С Рафаэлем мы не столкнулись, но, судя по разговору Мирабель с мамой, он пытался проникнуть в нашу комнату.
Я стояла у большого зеркала и рассматривала себя. Мои глаза были пусты, в них отражались лишь сожаление и безнадёжность. Я знала, что у меня нет другого выхода. Отец не любил меня настолько, чтобы позволить отменить эту свадьбу. Да и не было в этом смысла для него.
Его волновало лишь перемирие с Сицилией. А мама, сколько бы ни пыталась поговорить с отцом, всё было тщетно. Но я была благодарна ей хотя бы за эти попытки. В них ощущалась та любовь и забота, которую она проявляла, когда я была маленькой.
Мирабель поправила пе́ред платья, взглянула на меня и её лицо потускнело от расстройства, когда она увидела мой потухший взгляд. На её глаза навернулись слёзы, но я не позволила им пролиться.
— Лучик, ты чего? Не надо. Я в порядке, правда, — мягко произнесла я и заставила себя улыбнуться, назвав её тем самым прозвищем, как в детстве и взяв её руки в свои.
— Розэ, мне правда так жаль. Я очень хочу видеть тебя счастливой. Но вижу только разбитой и раздавленной. Я искренне возненавидела нашего отца за его поступки к тебе. Не думала, что он может быть таким безжалостным и беспощадным по отношению к своим собственным детям.
— Я и сама не могла в это поверить. Мне всегда казалось, что отец любит меня и ценит. Но, как видишь, я сильно ошибалась, — произнесла я спокойно.
— Как думаешь, что будет ждать меня через несколько месяцев? — спросила она тихо, и я не сразу поняла, о чём она говорит.
— Ты имеешь в виду, когда наступит твоё восемнадцатилетие? — уточнила я.
— Да, — кивнула она.
Я обняла её за плечи и заставила посмотреть на меня.
— Моя Мирабель, ты самый яркий лучик в моей жизни. Запомни: пока я жива, я никогда, ни за что и никому не позволю причинить тебе боль или сделать что-то, что тебе не понравится. Ты всегда можешь положиться на меня. Мне всё равно, что он наш отец. Но если он поступит с тобой так же, как со мной, обещаю, я не оставлю это без внимания, — пообещала я, и Мирабель искренне улыбнулась мне в ответ.
Мы крепко обнялись, и в этот момент в комнату вошла мама. Она остановилась в дверях, наблюдая за нами, а затем неуверенно подошла ко мне. Осторожно взяв мою руку в свою, она нежно провела по ней пальцами, словно стараясь запомнить ощущение моей кожи.
Мирабель отошла в сторону, давая нам больше пространства, и мама опустила глаза в пол. Она молчала, не решаясь произнести ни слова. Я попыталась поймать её взгляд, но увидела лишь слёзы, стекающие по её лицу.
Я была поражена, не ожидая от неё таких эмоций в мой адрес. Обычно она старалась не вмешиваться в конфликты между мной и отцом, когда они возникали. И редко защищала меня, но сейчас её неожиданное сострадание сбило меня с толку.
— Моя Розэ..., — произнесла вдруг мама, не в силах сдержать эмоции.
— Мама, прошу тебя, не плачь. Зачем? Со мной же всё хорошо. Я не буду слишком далеко от вас, мы сможем часто видеться, — успокаивала её я, крепко обнимая.
Я не могла понять, что чувствую. С одной стороны, мне было чуждо такое неожиданное проявление чувств, но с другой — я так скучала по обычным объятиям с мамой.
Мама сжала меня в своих объятиях, нежно поглаживая по затылку и шепча слова, как сильно она меня любит и дорожит больше всего на свете. Я не смогла сдержать слёзы от её откровений, и они начали скатываться по моему лицу.
— Я попрошу тебя только об одном, — промолвила мама, чуть отстраняясь от меня, но продолжая держать в своих руках. — Не позволяй им сломить тебя. Покажи своему будущему мужу, как нужно с тобой обращаться. Пусть он начнёт уважать тебя, как истинную супругу. И не смей показывать перед ним свою слабость, он обязательно воспользуется этим. Мужчины только и ждут, когда мы, женщины, дадим хотя бы намёк на слабость, чтобы потом поставить нас на колени перед ними. Но ты самая сильная и самая наглая из всех, кого я знаю. И я никогда не жалела, что ты выросла именно такой. Поэтому заставь его самого встать на колени перед тобой.
Я не знала, что сказать. Слёзы градом катились по моему лицу, размазывая макияж, но мне было всё равно. Если бы мне сказали, что я услышу подобные слова от мамы, я бы послала этого человека куда подальше. Но теперь, услышав те самые слова, которые я бы хотела слышать каждый день от своих родителей, моё сердце болезненно сжалось.