Выбрать главу

— Пошёл ты, ублюдок, — перешёл этот подонок на наш язык, пытаясь скрыть свой бессмысленный страх.

— Тц-тц-тц, ай, как не стыдно. Видимо, ты не боишься смерти и не переживаешь за своего товарища, которого уже нет с нами. Но ничего, я это исправлю. Ты будешь мучительно медленно истекать кровью от каждого моего удара. Тебе будет невыносимо тяжелее переживать ту боль, которую испытывал твой друг, — зловеще проговорил я и, подтверждая свои слова, провёл тонкую линию на его шее, не углубляя порез, чтобы он не умер так быстро.

Прозвучал его истошный крик. Скривившись и не желая слушать его вопли, я резко ударил того по лицу, попав прямо в переносицу. Послышался хруст, и я криво улыбнулся тому, что с одного удара сломал ему нос. По лицу потекла струйка крови, и он издал пронзительный стон.

— Давай ещё раз с начала. С какой целью вы проникли на территорию? — повторил я свой изначальный вопрос, вытирая руку от крови.

Тот ничего не ответил и нагло плюнул мне в лицо, послав при этом на три весёлых буквы.

Я застыл, резко втянув воздух, и посмотрел на него ожесточённым взглядом. Я был готов убить его прямо сейчас. И так и сделаю.

— Как хочешь. Ты сделал свой выбор, — произнёс я, как приговор на суде, поднял нож и беспощадно воткнул его прямо в горло, полностью разрезав его. Капли крови брызнули мне на лицо, пачкая его, но я не отреагировал и продолжил зверски разрезать глотку.

Позади послышался резкий женский вскрик, и мы все обернулись на его звук. Я сразу понял, что это она. Какого дьявола она здесь делает? Где, мать его, Янг и какого, блядь, чёрта позволил ей сюда пробраться? Ярость, гнев и досада смешались в моём взгляде, когда я устремил его на неё.

Её лицо исказилось от ужаса и паники. На мгновение мелькнуло сожаление, что ей пришлось стать свидетельницей этой сцены, но я тут же подавил его. Сама виновата. Раз уж увидела меня таким, какой я есть, пусть будет так. Я не собирался притворяться перед ней.

Я заметил, как она начала задыхаться, её глаза закатились, а тело начало оседать.

— Вот чёрт, — выругался я и побежал в её сторону, но не успел. Её поймал Янг, подхватив на руки.

Я злобно взглянул на него, показывая, что нас будет ждать серьёзный разговор после того, как управлюсь здесь, но тот даже не обратил на меня внимание. Его обеспокоенный взгляд был прикован к Розэбель, обмякшей в его руках. Я нахмурился, не понимая, почему он так смотрел на неё.

— Уведи её отсюда, Янг, — приказал я сквозь зубы, не отрывая от него взгляда.

Он быстро кивнул и унёс её в поместье. Я же вернулся к телам, от которых уже не было никакой пользы и приказал своим людям избавиться от них.

Отец встал, тяжело посмотрел на меня, но ничего не сказал и ушёл. Бруно поспешил за сестрой, остальные тоже ушли. Остался только Пеллегрино, который безразлично рассматривал тела.

— На твоём месте, я бы отрезал ему член за такие слова в адрес супруги, — раздался его глухой голос позади меня, когда я присел на корточки у одного из трупов.

— Не жди, что я поблагодарю тебя за информацию, которую ты дал Янгу, — перевёл тему я, встал и начал снимать окровавленную рубашку, которая теперь была абсолютно бесполезна и не нуждалась в стирке.

— Услышать слова благодарности от самого Моретти? Это должен метеорит упасть, чтобы я услышал от тебя слова "спасибо", — усмехнулся Пеллегрино и подошёл ближе ко мне.

— Зачем ты помог? — спросил я, хотя в глубине души догадывался о причине его участия, но хотел услышать это от него самого.

Пеллегрино тяжело вздохнул и направился к выходу. Я последовал за ним. Выйдя на свежий воздух, он покрутил шеей, разминая её, и только сейчас убрал оружие обратно в кобуру. А после этого он, наконец, взглянул на меня.

— Зачем помог, говоришь? Потому что здесь находится человек, который очень дорог моему сердцу. И ты её прекрасно знаешь, — ответил он без тени сомнения, не пытаясь скрыть правду.

Я улыбнулся уголком губ и, не говоря ни слова, направился в дом. Мне нужно было узнать, как дела у Розэбель. Я прямиком пошёл в нашу спальню, уверенный, что она будет именно там. У двери я столкнулся с Янгом. Его взгляд снова стал непроницаемым, словно и не было никаких эмоций несколько минут назад.