Карло дёрнул щекой и молча кивнул, приглашая меня следовать за ним. Мы спустились на первый этаж и повернули направо. Там были широкие двустворчатые двери.
— Прошу сюда, — сказал Карло и открыл двери.
Войдя внутрь, я почувствовала множество аппетитных запахов. Кто-то уже успел приготовить еду. В животе заурчало, и я поспешно схватилась за него, чтобы Карло не услышал.
Но, видимо, было уже поздно. Он понимающе кивнул и жестом пригласил меня на кухню. Я нервно улыбнулась и заняла один из стульев, стоящих вокруг длинного овального стола с резными узорами из тёмного дерева. Карло учтиво помог мне отодвинуть стул, чтобы я могла сесть. На столе было множество блюд, от которых у меня потекли слюнки.
Я сглотнула, предвкушая свой первый завтрак вне дома. Дом…
Настроение резко ухудшилось, и я вспомнила о своих сестре и брате. Как они там без меня? Не досталось ли им от отца? Надо будет попробовать им позвонить.
Решив после завтрака сначала позвонить сестре, я наконец-то приступила к еде. Взяв в руки столовые приборы, я отрезала кусочек омлета и собиралась отправить его в рот, но замерла, почувствовав на себе чей-то взгляд.
Карло. Он стоял в углу кухни и молча наблюдал за мной. Я положила приборы на тарелку и повернулась к нему.
— Карло, почему вы стоите там? — спросила я как можно вежливее.
— Я стою тут, потому что мне здесь положено быть, — ответил он неуверенно, и я улыбнулась ему.
— Карло, мне неудобно, когда за мной наблюдают, пока я ем. Не хотите составить мне компанию за завтраком? — предложила я, отодвигая соседний стул.
Карло нахмурился, не ожидая моего предложения. Он задумался, как лучше поступить.
— Вы облегчите мне задачу, — настаивала я. — Прошу вас.
Он сдался и медленно подошёл ближе, обогнул стол и сел напротив меня. Он смотрел на выход из кухни, словно боялся, что его кто-то увидит в таком положении и накажет.
— А пока мы будем есть, давайте немного пообщаемся, чтобы нам потом было комфортно в компании друг друга, — предложила я, и он тяжело вздохнул.
— Мне запрещено откровенничать с вами, синьорина, — извиняющимся тоном ответил он, и я недовольно закатила глаза.
«Чёрт возьми, Рафаэль, ты как всегда верен себе. Теперь работникам нельзя со мной разговаривать», — подумала я.
Я раздражённо фыркнула и посмотрела на Карло, который не решался приступить к еде.
— Вот что, Карло. Предлагаю поступить так: насколько я понимаю, вы будете моим телохранителем, а это значит, что мы будем проводить много времени вместе. Поэтому я хочу узнать вас получше, чтобы потом быть уверенной и доверить вам свою жизнь. И вы тоже должны привыкнуть ко мне. В данный момент я главная, поэтому вы должны слушать меня и выполнять мои просьбы, — сказала я тоном, не терпящим возражений.
Он намеренно не смотрел мне в глаза и молчал. Я сердито выдохнула, встала из-за стола и, не притронувшись к еде, направилась к выходу.
— Что ж, вы сделали свой выбор. Значит, мы не сработаемся, и вам придётся объясняться перед моим супругом, — сказала я, заранее радуясь своей победе.
Карло тут же вскочил и догнал меня, преградив путь.
— Я согласен, мисс, — сквозь зубы ответил он, и я победно улыбнулась ему.
Вот это да! Мне удалось заставить его подчиниться. В этом вся прелесть женщин. Мы такие коварные.
— Не волнуйтесь, мы не будем делиться личными темами. Но нам всё равно придётся общаться, — мягко сказала я, вернувшись за стол.
Он сел на своё место и тоже взял вилку. Я вздохнула и продолжила завтракать.
После завтрака я не знала, чем заняться, и вышла на улицу, решив прогуляться по территории своего нового дома. Взяв телефон, я попросила Карло оставить меня ненадолго и набрала Мирабель. Пошли долгие гудки, и я начала думать о самом худшем: отец запретил им общаться со мной.
Но через несколько секунд я услышала её взволнованный, родной голос.
— Розэ? Боже мой! Наконец-то! — воскликнула она, и на душе сразу стало теплее.
— Здравствуй, моя любимая сестрица, вот и я. Как ты там? — спросила я, садясь на одну из скамеек в этом поистине прекрасном саду. Редкие деревья, благоухающие розы, спелые ягоды… Неужели семья Моретти, известная своей жёсткостью, способна на такое произведение искусства?