Раздался вскрик, затем хрипы и звук падающего тела. Задание выполнено, хоть и не удастся его допросить. Успокоив бешено колотящееся сердце от вспыхнувшего адреналина, я медленно подошёл к предателю, и в комнате загорелся приглушённый свет. Это Пеллегрино включил настольную лампу недалеко от нас.
Предатель продолжал издавать булькающие звуки, захлёбываясь в собственной крови и что-то хрипя. Пеллегрино злорадно усмехнулся и с гордостью посмотрел на меня.
— А ты у нас меткий стрелок, Янг. Шикарное попадание, — он похлопал меня по плечу, но я сразу же сбросил его руку.
Я присел на корточки и посмотрел на человека, который когда-то работал вместе со мной и выполнял приказы Моретти. Он бросил на меня злобный взгляд и попытался плюнуть.
— Т-ты... н-ничтожество... — выплёвывал он ругательства, продолжая харкаться кровью.
— Ты сам выбрал свою судьбу, Даниэлло. Тебе дали всё, что нужно, но тебе этого оказалось мало, и ты пошёл дальше. Ты предал нас, хотя давал клятву лично Рафаэлю. И теперь час расплаты настал, и ты заплатил за это сполна. Твоё предательство искуплено твоей же смертью, — сказал я без эмоций, позволив себе в конце сардонически улыбнуться.
Я поднялся и отошёл от уже бесполезного тела. Затем направился на кухню, но вдруг раздался выстрел, и я почувствовал резкую колющую боль в плече. Я выругался по-японски, схватился за руку и повернулся к тому, кто стрелял.
Над телом стоял Пеллегрино. Он уже воткнул нож в тело, и теперь тот торчал из головы жертвы. Пеллегрино обернулся и озабоченно посмотрел на меня.
— Вот же тварь! Ты в порядке? — спросил он.
Я смог лишь кивнуть и сесть в кресло, за которым прятался несколько минут назад. Пеллегрино побежал на кухню и начал там что-то искать, сопровождая это ругательствами и шумом. Через некоторое время он вернулся ко мне с аптечкой и льдом, завёрнутым в тряпку.
— Хорошо, что выстрел пришёлся в плечо, — сказал он. — Иначе не обошлось бы без ещё одной смерти.
Он разорвал зубами упаковку эластичного бинта.
— Не страшно. Моя смерть никому бы не принесла горя, — ответил я сухо и поморщился от боли, когда Пеллегрино начал бинтовать моё плечо.
— Ещё чего. Рафаэль точно бы расстроился. Потерять такого искусного убийцу — это печально. А про Розэбель я вообще молчу...
Я сразу занервничал, как только услышал её имя. Пеллегрино понимающе улыбнулся, словно разделял мои чувства.
— При чём здесь она? — попытался я оправдаться, но было поздно. Пеллегрино ещё перед её свадьбой приходил и прямо говорил о том, как я на неё смотрю.
— Вот только давай без этого. Я уже говорил. И тебе бесполезно пытаться это скрыть, — ответил он почти равнодушно, крепко перевязывая рану, от чего пришлось сжать зубы.
— Ты так и не объяснил причину своего появления здесь, — сменил я тему и поднялся, когда он закончил манипуляции перевязки.
— Объяснил, но ты принял это за шутку, хотя я не шутил. Я давно уже наблюдаю за каждым вашим шагом, твоим и Розэбель. Чисто, чтобы в случае чего, быть на подхвате.
— И зачем тебе это?
— Объясняться не собираюсь. Ты закончил? Мы можем уходить?
Я покачал головой и начал обыскивать дом в поисках документов, если убитый их ещё не передал Аллану. После обыска я отправил Рафаэлю сообщение, что задание выполнено. В ответ пришло короткое: «Отлично».
— Благодарю, — зачем-то сказал я Пеллегрино, и он удивлённо посмотрел на меня.
— Нифига себе! Мне не показалось? Ты только что меня поблагодарил? — весело спросил он, и я мысленно пожалел, что вообще произнёс это слово.
— Не зли меня. Я могу передумать, — закончил я и вышел на улицу.
***
Следующее утро
Я устало опустился на диван, откинувшись на его спинку. Ночь выдалась насыщенной событиями. Особенно то, что произошло с Розэбель. Я практически сдался под натиском этих чарующих серых глаз. Чёрт возьми, какой же я ублюдок.
Потирая ноющую шею, я старался двигаться как можно меньше, чтобы не беспокоить плечо. Рана хоть и несерьёзная, но приятного от неё мало. Сегодня я выглядел совсем не как телохранитель. Просто не было сил искать подходящий наряд.