Я ошарашенно смотрел на Джексона, осознавая, что он действительно предатель. И нарушил клятву верности, когда стал Доном Нью-Йорка. А это значит, что он намеренно стал главенствующей верхушкой, чтобы потом было проще совершить месть и вернуть долг.
— Так значит, ты..., — начал я.
— А ты быстро понял, Рафаэль, — перебил он, победно ухмыльнувшись. — Я и не собирался становиться вашим союзником. Все эти годы я лишь умело скрывал свои истинные намерения, пытаясь войти в ваше окружение и заслужить доверие. Что касается твоего отца... Что ж. Он настоящий глупец, раз так беспечно мне доверился...
Теперь всё изменится. Моя Семья в опасности...дерьмо.
ГЛАВА 21. ТЭКЕШИ ЯНГ
Когда Моретти закончил свой рассказ, в кабинете наступила напряжённая тишина. Каждый из присутствующих погрузился в свои мысли: Пеллегрино размышлял о том, как защитить своих людей от возможного нападения Джексона и его сторонников; Де Сантис пытался придумать способ помочь другу и понять, какие шаги для этого необходимы; сам Моретти размышлял о том, как действовать, не потеряв при этом членов своей Семьи и тех, кто ему так дорог. Ну а я думал лишь о том, как выжить.
— Никогда бы не подумал, что Аллан окажется таким подонком! — воскликнул Витто, нарушив тишину своим резким высказыванием.
— Ты просто не знаешь его так, как знаю я, Ви, — устало ответил Рафаэль, откинувшись на спинку кресла и нервно запустив пальцы в волосы. — На первый взгляд он кажется верным и преданным, но это лишь вшивая видимость.
— Сколько времени у нас есть, Рафаэль? — спросил Пеллегрино, став прямо перед его столом.
Моретти бросил на него странный взгляд, словно видел того в первый раз. Его предательство оставило в наших сердцах горький осадок, который, вероятно, уже никогда не исчезнет. Однако поведение бывшего друга и его желание помочь нам заставило задуматься: может быть, он изменился?
— Не знаю, Сандро, — произнёс Рафаэль, впервые за долгое время обратившись к Пеллегрино по имени так, как называли его только мы. — Но я знаю, что Накамура настроен решительно против нас, а Джексон с огромным удовольствием присоединится к нему. И если это случится, то мы все окажемся в полном дерьме!
Нам предстояло выступить против таких противников, как Накамура и Джексон. Что может быть хуже?
— Кстати, Раф, ты же помнишь, что на эти выходные мы приглашены на торжество по случаю возвращения малышки Де Россы? — напомнил ему Витто о не самой подходящей теме, сев прямо на его рабочий стол.
Тот лишь напряжённо выдохнул, убрав документы, на которые Де Сантис чуть не сел, после чего встал и оглядел всех нас.
— Предлагаю пока закрыть тему, касательно наших недоброжелателей. Мне нужно время, чтобы всё обдумать и разработать план. А пока оставайтесь все начеку. Неизвестно, что ещё выкинет Аллан со своим дружком Накамурой, — озвучил Рафаэль и жестом дал понять, что мы все свободны.
Касуми, молчавший всё это время, вежливо поклонился ему и вышел, напоследок кинув на меня взгляд, мол будет ждать в коридоре. Кивнув ему, я немного задержался. Пеллегрино попросил Моретти держать его в курсе и, в случае чего, он окажет любую посильную помощь. Рафаэль молча улыбнулся краешком губ и отпустил его. Остался лишь Витто и я.
— Витто, что-то ещё? — поинтересовался Моретти, вернувшись в кресло и взяв в руки документы по очередной поставке запрещённых веществ.
— Сколько времени прошло с тех пор, как ты видел нашу малышку Патрицию? — спросил Витто с издёвкой, положив руки на стол Рафаэля.
— Почему это тебя интересует?
— Потому что когда-то ты был безумно влюблён в эту красноволосую бестию и бегал за ней хвостиком. А после её отъезда в другую страну ты пообещал ей, что никогда и никого не полюбишь так, как её.
Рафаэль быстро взглянул на меня, словно напоминая о нашем соперничестве в юности за сердце этой леди. Но всё это осталось в прошлом, мы выросли.
— Я не видел её больше пяти лет, — сухо ответил Моретти, даже не посмотрев на Де Сантиса. — И больше ничего к ней не чувствую.
— Уверен? — ехидно спросил Витто.
— Ви, ещё одно провокационное слово из твоих уст, и я втащу тебе.
— Ой, как мы занервничали. Любопытно будет взглянуть на вашу встречу после стольких лет. Ах, да. Я так понимаю, ты тоже ждёшь её возвращения, пёс? — обратился Де Сантис, но уже ко мне.