Желая избежать какой-либо коммуникации, я не стала ждать, пока дядя Дима представит меня, а сразу слиняла в кафе. Все-таки мне нужно работать.
Глава 5
Открыв дверь и войдя внутрь, я ощутила запах кофейных зерен.
Открытие планировалось только через пятнадцать минут, поэтому все столики были пусты.
В большом помещении было всего два человека. Руслан, бармен, возился со стаканами, а Софа облокотилась на барную стойку с убитым видом. Ее голова медленно поднялась, когда я вошла.
— Уже жалеешь о выпитом? — спросила я.
— Нет, черт возьми, — ответила она. — Только о водке с энергетиком. Определенно жалею.
Положив свои мясистые кулаки на барную стойку, Руслан сузил на меня свои глаза.
— Ты выглядишь помятой.
— Все дело в водке. А ты-то у нас прямо майская роза!
Он хмыкнул и похлопал себя по пивному животу.
— Просто я так люблю свой пресс, что защищаю его несколькими слоями жира.
Фыркнув, я прошла за бар и вошла в дверь с надписью «Только для персонала». Запихнув куртку и сумочку в шкафчик в комнате отдыха, я вернулась в зал и приготовила дяде Диме кофе.
— У меня к тебе просьба, — сказала Софа.
— Да ну? — я вопросительно выгнула бровь.
— Дело в том, что... хозяйка квартиры грозится явиться ко мне с проверкой…
Понимая, к чему все идет, я бросила на подругу страдальческий взгляд.
Только не проси меня снова прибраться в твоей квартире, — в представлении Софы уборка заключалась в том, чтобы запихнуть все вещи ногами в шкаф.
— Но ты так хорошо убираешься! Ты единственный человек, которого я знаю, у которого до смешного вылизанный дом.
— Софа, давай сама.
— Пожалуйста, — взмолилась Софа, молитвенно сложив руки.
— Хорошо, — я тяжело вздохнула. На самом деле наведение чистоты всегда меня успокаивало, поэтому уборка у Софы будет даже в радость.
— Ура! Ты лучше всех! — она по-детски похлопала в ладоши.
— Ты просто тряпка, — сказал мне Руслан. — Не волнуйся, я никому не скажу.
— Я не тряпка. Я та еще стерва на самом деле, — я обошла барную стойку, чтобы подойти к выходу. — Так, мне нужно отнести кофе Степанычу. Я сейчас вернусь.
Надеясь, что «мужик из крутой тачки» уже ушел, я выскользнула за дверь с одноразовым стаканчиком в руках.
Дядя Дима стоял на парковке и с кем-то разговаривал. Черный Порше стоял тут же. Вот же блин! Ладно, я просто оставлю кофе внутри и быстренько испарюсь оттуда.
Взяв себя в руки, я направилась к открытой двери. До меня донесся звук голосов, и я остановилась, как вкопанная.
— Я был удивлен, узнав, что у вас работает падчерица Андрея Калинина, — сказал голос, такой глубокий и грубый, что казалось, он вибрирует. — Вы действительно думаете, что это хорошая идея, Марина?
— Ну и что в этом такого, — ответила тетя Марина. — Она — даже не его родная дочь. Почему меня должны волновать такие вещи?
— А меня вот они волнуют. Теперь это и мой бизнес, я не хочу, чтобы эта мадам привлекала к нему негативное внимание.
— Ты надумываешь, Герман.
А, так значит, «мужик из крутой тачки» — это Герман Перов. Он недавно купил половину сервиса и половину кафе у друга дяди Димы, который хотел продать свою долю и переехать. Я не знала Германа, но знала о нем. Большинство людей в нашем городе знали.
Я знала, что он владеет несколькими ночными клубами и вкладывает деньги во многие предприятия, которые разбросаны по всему городу. Ходили слухи, что не все его заведения были законными, но я понятия не имела, насколько это правда. Я также слышала, что у него были связи практически везде и он был человеком, которому нельзя перечить.