— Привет, Габриель, — поздоровалась Ди с домработницей. — Мистер и миссис Майерс дома? Нет? Как жаль! Ты можешь передать им, что Одри проведет пару ночей со мной и Дженни? Мы будем у Дженни.
Тем временем Дженни пулей влетела на второй этаж и через несколько минут спустилась вниз с большим количеством одежды в руках.
— Одри просила захватить для нее кое-какие вещи, — сказала она, лучезарно улыбаясь.
— Ух! — выдохнула Ди, когда они усаживались в машину.
Дженни смахнула слезы: прикосновение к вещам Одри снова разбудило в ней чувство вины. Но это было необходимо, так как Одри никогда не покидала дом, не прихватив несколько нарядов.
— Наверное, нужно забрать и ее машину, — сказала Ди. — Она без нее никуда.
— Позже, — ответила Дженни. — Я захватила ключи.
Том быстро договорился со своими родителями, и вскоре они с Майклом уже выходили из дома с баулами с одеждой.
— Мы прихватили несколько учебников, — сообщил Майкл. — Для достоверности.
Мать Дженни была в церкви, отец возился с очистной системой бассейна.
— Пап, я поживу у Ди несколько дней! Мы сейчас работаем над большим проектом по психологии! — крикнула ему Дженни.
— Периодически звони нам, чтобы мы знали, что ты еще на этом свете, — крикнул через плечо отец.
Дженни испуганно посмотрела на него, но потом поняла, что он шутит. Мистер Торнтон часто жаловался, как трудно быть отцом девушки. Она подбежала к нему и поцеловала в щеку. Он несказанно удивился, когда она сказала:
— Обязательно, папа. Я люблю тебя.
Неприятности поджидали их в доме Зака.
Окрыленные легким претворением в жизнь своих замыслов, они оказались совершенно неподготовленными к беседе с его родителями.
Дженни и Зак отправились в гараж, пока остальные беседовали с Лили, теткой Дженни.
— Ты хранишь здесь учебники? — спросила Дженни.
— Только книги по искусству. Кроме того, нужно прихватить фонарь. — Он снял один из фонарей, висевших на крючках вдоль стены.
В гараже Зак устроил фотолабораторию. Попав сюда, Дженни вспомнила о том, какое впечатление произвели на Зака картонный дом и то, что в нем происходило. Ее внимание привлекла огромная фотография на стене. На ней была снята пирамида из столов, которую их компания шутки ради возвела в школьном кафе. Пирамида практически блокировала выход. Они оставили все как есть до утра, тогда ее и обнаружили работники школы. Дженни вспомнила, как они веселились той ночью, и черно-белая фотография превратилась в ее сознании в яркую картинку. Потом она подумала о Джулиане, о том, как нежно его пальцы касались ее волос…
— Дженни, ты в порядке? Ты покраснела.
— О, нет, нет, со мной все хорошо, — торопливо ответила она, краснея еще больше. — Как твои новые работы? В последнее время ты ничего мне не показывал.
Зак пожал плечами и отвернулся.
— Я был занят другими вещами, — пробормотал он.
Дженни удивленно моргнула. Это что-то новенькое! Зак был так занят, что забыл о фотографии? Молчание затянулось, и она решила продолжить разговор.
— Что это? — спросила она, указывая на лежащую на столе раскрытую книгу.
— Магрит, — ответил Зак.
— Магрит? Художник?
— Бельгийский сюрреалист. — Зак неожиданно оживился и, схватив альбом, начал перелистывать его, — Взгляни, — сказал он, протягивая ей книгу. — Мне бы хотелось снять нечто подобное, чтобы уловить такое же настроение.
Дженни увидела репродукцию странной картины. На ней была изображена курительная трубка, вроде той, которую курил отец Одри, а внизу была подпись: «Это не трубка».
Ничего не понимая, Дженни долго рассматривала изображение. Зак стоял рядом и напряженно ждал ее реакции.
— Но это же трубка, — наконец сказала Дженни.
— Нет, ты ошибаешься.
— Нет, трубка.
— Увы, ты ошибаешься. Изображение трубки не есть сама трубка.
В какой-то момент ей показалось, что она уловила смысл, но потом он снова ускользнул от нее. Почему-то ее охватило странное, почти мистическое возбуждение.
— Изображение не является реальностью, — настойчиво пояснил Зак. — Хотя мы не привыкли так относиться к этому. Мы показываем ребенку нарисованную собаку и говорим: «Это собака». Но это не собака, а только ее изображение. — Он немного помолчал, потом добавил: — Картонный дом — это не дом.
— До тех пор, пока кто-то не превратит изображение в реальность, — подхватила мысль Дженни.