— Знаете, вчера ночью мне приснилась одна легенда хауза, которую рассказывала моя мама. Я уже давно не вспоминала ее. Наверное, этот сон приснился мне для вас.
— Для нас?
— Да. Возможно, я должна рассказать вам. — Она уселась поудобнее и начала: — Это история о юноше и девушке, которые любили друг друга. Однажды они сидели рядом на циновке, но тут мимо проходил Иблис. Он убил юношу, отрезав ему голову.
— Иблис? — Дженни это имя показалось знакомым. — Кто это?
— Иблис, — ответила Эба, — это принц тьмы, принц альюнну…
— Джинн, — добавила Ди, поглядывая на Дженни.
— Да, — кивнула Эба. — Но в наших легендах альюнну — злые джинны. Это всесильные злые духи, а Иблис — их вождь. Мама не объясняла, почему Иблис отрезал юноше голову, но он всегда совершал недобрые поступки. Возможно, он сделал это без какой-либо определенной причины. В любом случае, Иблис убил его, а девушке ничего не оставалось, кроме как сидеть на циновке и плакать. Спустя некоторое время пришли родители юноши. Они увидели, что случилось, и тоже заплакали. Потом Иблис вернулся. Он взмахнул рукой, и земля затряслась. Перед телом юноши появились три потока: огненный, водяной и змеиный. Иблис повернулся к матери юноши и сказал: «Если хочешь вернуть жизнь своему сыну, тебе придется переплыть через эти три потока».
— Как обычно, — еле слышно прошептал Майкл.
Эба улыбнулась ему и продолжила:
— Мать испугалась. Она посмотрела на своего мужа, но тот тоже испугался. И тогда девушка сказала: «Я это сделаю». На самом деле она ужасно боялась, но ее любовь была сильнее страха. Не говоря ни слова, она вошла в огненную реку. Огонь, конечно же, жег ее. Моя мама всегда говорила: «Жжет, как огонь». Но девушка переплыла этот поток и прыгнула в следующий. Вода была очень холодной, но девушка переплыла и его и нырнула в змеиный. Змеи жалили ее…
— Как змеи, — усмехнулась Ди.
— …но девушка выдержала и это испытание. Как только она добралась до любимого и коснулась его, голова юноши приросла к шее. Он вскочил живой и невредимый.
Иблис ушел, произнося проклятия. Он отправился творить зло в других местах. И я думаю, юноша и девушка поженились, хотя не помню, чтобы моя мама говорила об этом.
— Итак, — подвела итог Эба, — вот какую историю рассказывала мне моя мама. Не знаю, имеет ли она смысл для вас. Возможно, нет. Но вы ее услышали.
— Может быть, она о том, что любовь сильнее страха? — предположила Дженни.
— Или о том, что нельзя доверять родителям, — добавил Майкл.
Эба рассмеялась:
— Интерпретация Дженни мне нравится больше. Но, как я уже говорила, возможно, легенда совсем не имеет смысла. Или она просто о борьбе добра и зла.
— А вы верите в добро и зло? — быстро спросила Дженни.
— О да! Я верю, что иногда зло можно победить, если бороться с ним один на один. Но для этого нужно постараться. Нельзя быть равнодушным.
Майкл беспокойно заерзал:
— Вы знаете, что говорят о детях нашего возраста. Мол, нам наплевать и…
— Это неправда, — возразила Дженни. — Нам не наплевать. И тебе, Майкл, больше, чем кому-то другому. Ты прикидываешься равнодушным, но это не так. Именно поэтому Одри любит… — Она замолчала, потому что глаза Майкла наполнились слезами. — Мы обязательно найдем ее, — сказала она, чувствуя, что тоже вот-вот расплачется.
— Знаю, — ответил Майкл, потирая переносицу.
— Я бы хотела помочь, — вздохнула Эба. — Но я уже старая и не гожусь для борьбы.
— А я гожусь, — сказала Ди. Она согнула руку, демонстрируя бицепсы. — Моя борьба только начинается.
Эба посмотрела на внучку и улыбнулась. Много лет она боролась с Ди из-за того, что та предпочитала кунг-фу, а не что-то интеллектуальное, как мать, или искусство, как бабушка. Но теперь Дженни поняла, что Эба гордится своей внучкой.
— Во всяком случае, это наша борьба, — призналась Дженни.
— Он не позволит кому-то еще участвовать в игре. Мне кажется, — грустно улыбнулась Эба, глядя на нее, — что именно ты, Дженни, найдешь своих друзей. — Ее глаза, добрые и печальные, были похожи на глаза Альберта Эйнштейна с известной фотографии.
В этот момент Дженни искренне подумала, что Эба красивее, чем ее внучка.
— Я попытаюсь, — сказала она.
Эба отвернулась и прошептала:
— Хотелось бы знать, какой ценой.
Перед уходом Эба разрешила им пошарить на кухне. Они взяли творог, холодные куриные грудки, хлопья, печенье, виноград и яблоки.
На обратном пути они остановились у дома Одри и забрали ее машину.
Гостиная Майкла выглядела как после вечеринки: мебель сдвинута к стенам, чтобы освободить место для матрасов и спальных мешков, повсюду разбросаны одеяла, пустые банки из-под колы, книги, одежда и грязная посуда.