— Нам всем не мешает успокоиться, — вставила Дженни, — и подумать. Как избавиться от растительности? Вырвать ростки не удается. Что еще можно сделать?
— Побрызгать гербицидом, — пробормотала Ди.
На ней росло что-то экзотическое, с красными и зелеными листьями, очень гармонировавшее с ее темной кожей.
— У нас ничего нет, — сказала Одри. — Ничего, что можно было бы использовать против растений.
И тут заговорил Майкл. Тихо, но очень решительно:
— У нас есть огонь.
Дженни взглянула на свечу в бронзовом подсвечнике.
— Отпусти меня, — Майкл обращался к Ди. — Я никуда не денусь. Просто хочу посмотреть, можно ли вытащить свечку.
Ди убрала руки. Майкл попытался сделать шаг, но это ему не удалось. Он присел на корточки, опустив голову почти к самому полу. Дженни тоже наклонилась.
Его разутая нога пустила корни. Спутанные белые корешки росли из стопы и пронизывали ковер. Он едва смог оторвать ногу от пола на дюйм и слегка повернуть ее в сторону — только в таком положении корешки были видны.
Дженни опасалась нового приступа безумия. Но Одри быстро подошла к Майклу и крепко взяла его за руку, смяв несколько зеленых ростков на тыльной стороне ладони.
Майкла трясло, но он держал себя в руках.
— Достаньте свечку, — невнятно произнес он.
Ди легко вытянула свечу из подсвечника.
— Я сначала попробую на себе, — заявила она.
— Нет. На мне.
Ди покосилась на него темным глазом, затем кивнула. Слегка наклонив свечу, она поднесла ее к его руке. Лист медленно оплавился, превратившись в полумесяц, когда его коснулось пламя. Больше ничего не произошло.
— Попробуй корни.
Ди опустила свечу ниже, совсем близко к коже Майкла. Он инстинктивно дернулся, когда к нему приблизилось пламя, но Одри крепко держала его.
Растение начало съеживаться.
— Действует!
— Ты можешь терпеть? — спросила Ди.
— Я вытерплю все, что угодно, лишь бы избавиться от этого. Конечно, если меня будут должным образом подбадривать. — Он взглянул на Одри, которая продолжала сжимать его руку и бормотать утешительные слова.
Дженни улыбнулась. Нести всякий вздор и говорить комплименты, когда ты смертельно напуган, — это ли не проявление храбрости?
Ди продолжала бороться с корнями. Растения отваливались одно за другим все быстрее, съеживаясь от первого же прикосновения пламени. Майкл чуть не плакал от счастья.
— А… гм… ниже есть?
Ди неосторожно махнула свечой около спортивных брюк Майкла.
— Нет! И поосторожней, когда размахиваешь этой штукой. Я, между прочим, планирую в будущем стать отцом семейства!
— Смотрите, — тихо сказала Дженни.
Пятнышко мха на ее коже начало уменьшаться, пока наконец не исчезло совсем. То же самое происходило с Ди и Одри. Ноги Майкла освободились от корней.
Через минуту они уже смеялись, восхищаясь чистой, гладкой кожей, прикасаясь к ней, показывая ее друг другу. Как в последней сцене фильма «Бен Гур», вспомнила Дженни, когда две женщины чудесным образом излечиваются от проказы. Майкл натянул свитер и поцеловал Одри.
— У тебя на губах тоже росла плесень, — сказал он. — Я просто не хотел тебя расстраивать.
— Никакой плесени, Од, — шепнула Дженни на ухо Одри.
Одри снисходительно взглянула на Майкла.
— Значит, это твой кошмар и мы прошли его, — сказала Дженни. — И коридор был на этот раз вместо комнаты. Следовательно, если мы пройдем через ту же самую дверь…
Ди нажала на ручку, и дверь легко открылась. Они вышли в коридор, похожий на тот, в котором только что находились, если бы не два отличия: во-первых, все свечи были на месте, а во-вторых, на полу лежал листок бумаги.
На рисунке было изображено большое зеленое растение, напоминающее фикус, с ручками и ножками. Без головы.
— Брр… — поежилась Дженни.
— Это мой кошмар, — смущенно признался Майкл. — Превращение в растение. Ужасно глупо. По-моему, я в третьем классе прочел в какой-то книжке историю про девочку, которая не любила мыться и стала такой грязной, что на ней выросла редиска и другие овощи. Почему-то это меня поразило до глубины души. Вроде совершенно безобидная история, но я от нее чуть не свихнулся. Все время думал про девчонку, с ног до головы покрытую грязью и ботвой, и меня начинало тошнить.
— Меня и сейчас тошнит от твоего рассказа, — сказала Одри.
— А потом родители выдернули все эти овощи…
— Хватит, — скомандовала Ди.
— Короче, как я и говорил, совершенно дурацкий детский кошмар.
— Я бы не сказала, что он был дурацкий, скорее ужасный. И еще я думаю, что ты очень храбрый и находчивый, — заметила Дженни.