— Это тебе… — Дарнель вкладывает в мою ладонь что-то маленькое. — Пусть оберегает тебя.
Рассматриваю подарок. Это брошь — летучая мышка с письмом в лапках. Тончайшая работа, усыпанная разноцветными камнями. Насколько можно судить по переливчатому отблеску металла — редкое пещерное золото. Безумно дорогая и красивая вещица.
Но больше трогает то, что он догадался, от какого украшения я не откажусь, ведь кольца и серьги я не признаю.
— Твоя посланница напугала меня тем вечером, — улыбаюсь, раскрывая замочек на броши. — Спасибо! Очень красиво! Помоги приколоть…
Наконец-то я больше не связываю в памяти золотые украшения и щедрость драконов. Подарок наполнен особым смыслом, и мне приятно думать, что теперь у меня будет хоть что-то на память от Дарнеля.
— Ты ведь понимаешь, что это не просто украшение? — улыбается Дарнель. — Я ведь обещал найти оберег для тебя. Если будешь в чем-то сомневаться или находиться в опасности, прикоснись к мышке и мысленно позови гонца. Моя посланница прилетит, и ты всегда сможешь прислать мне весточку, в любой момент! А я всегда на связи, что бы ни случилось! Поэтому носи эту брошь всегда, на любой одежде. Важно, чтобы она была под рукой.
— Хорошо, запомню.
Дарнель помогает приколоть брошь.
Наши руки снова соприкасаются, пальцы сплетаются… И новый порыв желания не оставляет шансов на какое-либо другое занятие. На нашу удачу, поляна заросла густой травой, и домагичивать что-либо не требуется.
На этот раз я гораздо смелее — сама решаю, что хочу сделать, направляю его, почти командую, ловя его одобрительную улыбку.
Магия сейчас не так важна, как само единение — мы оттачиваем тонкости понимания, чтобы потом, когда нужно будет по-настоящему серьезно применить всю магическую мощь, понимать друг друга с одного взгляда, с одного вдоха.
А вдохов и выдохов сейчас предостаточно. Схватив Дарнеля за густые темные волосы, пропускаю жесткие пряди между пальцами, вдыхаю его запах, а он дышит мной, опускаясь все ниже… Взметнувшаяся в небо стая птиц, похоже, испугалась именно нас, но нам уже все равно, услышит ли кто-то с дороги то, что творится в роще…
…Когда очередная волна наслаждения отступает, и мы пытаемся отдышаться, не размыкая объятий, со стороны дороги раздаются голоса. И я чувствую опасность, которая исходит от них.
Глава 19. Неосторожное признание
Кто-то забрался в священную рощу. Несколько голосов громко переговариваются между собой. Смотрю на Дарнеля, он прикладывает палец к губам.
Слушаем некоторое время. Грубоватые голоса, деревенские обороты.
— …Вот этот дуб точно подойдет! Глянь, сколько досок получится…
— …Так, берем только эти три самых толстых…
— …И тот клен! Не бубни ты, сгодится, давай топор…
Дарнель кивает:
— Ясно, черные лесорубы. Много их тут в последнее время развелось!
Поднимаюсь и быстро надеваю платье, накидываю плащ:
— Не выходи к ним, сама разберусь! Знаю, что делать… Лучше, если тебя здесь не увидят.
— Ладно, но все-таки буду начеку, — Дарнель разгоняет в ладонях потоки магии, готовый применить оружие в любой момент.
Спускаюсь через кусты ниже по склону. У подножия склона, на самом краю рощи — трое мужчин в грубой деревенской одежде, с испитыми лицами. Видно, что они не ожидали никого тут встретить. Сперва настороженно переглядываются, затем, решив, что я — просто прогуливающаяся в одиночестве горожанка, с сальными ухмылками подходят ближе:
— А чой-то вы, госпожа, тут делаете?
— Навожу бессрочное проклятие, — спокойным отвечаю, кончиками пальцев заставляя деревья колыхаться. — А то слишком часто стали заглядывать в священную рощу разные преступники, знаете ли! Отныне все, кто со злым умыслом придет сюда, будут казнены своим же оружием…
В подтверждение моих слов топоры выскакивают из-за поясов лесорубов и взмывают в воздух, недвусмысленно зависнув над их головами. Продолжая напускать на себя грозный вид, с трудом удерживаюсь от смеха — вижу, что это Дарнель поддерживает мое представление.