— Ты хочешь собрать всех? — уточнил Дрейк. — Это риск. Если старейшины поймут, что мы организуем что-то подобное, они ударят первыми.
— Я знаю, — признал Каэл. — Но если мы будем действовать вместе, если покажем, что нас больше, чем они думают, они не смогут просто отвергнуть нас. Старейшины боятся перемен, но они боятся раскола ещё больше. Это наш шанс.
Группа замерла в тишине. Каэл смотрел на своих союзников, видя в их глазах не только страх, но и силу. Они были готовы бороться, несмотря на риски.
— Мы с тобой, Каэл, — наконец сказал Дрейк. — Но мы должны действовать быстро. Если ты хочешь доказать свою правоту, ты должен показать им, что есть другой путь.
Каэл кивнул, его взгляд стал твёрже.
— Я докажу. Но нам нужно быть готовыми ко всему. Если старейшины решат бороться, это будет не просто спор. Это станет битвой за будущее стаи. И мы должны быть готовы к этому.
Группа медленно начала расходиться, каждый уходил с чувством тревоги, но и с решимостью. В их сердцах зажглась надежда, которую они не могли позволить себе потерять.
Каэл остался один на поляне, глядя в сторону деревни. Его мысли были ясны: он знал, что впереди ждёт борьба. Но теперь у него были союзники, и это давало ему силы продолжать.
— Это только начало, — сказал он себе. — Старейшины могут сопротивляться, но я не сдамся.
Старейшины собрались в зале совета. Атмосфера была напряжённой, тяжёлой, будто воздух в помещении стал гуще. Они обсуждали происходящее в стае — недовольство, которое начало вспыхивать всё ярче. В этот раз протесты уже нельзя было проигнорировать.
Ригор стоял у стола, его лицо выражало смесь гнева и усталости.
— Это зашло слишком далеко, — произнёс он, глядя на других старейшин. — Каэл стал центром этого бунта. Люди смотрят на него как на героя, который якобы приведёт их в лучшее будущее. Но на самом деле он угрожает всему, что мы построили.
Галин, как всегда, был первым, кто поддержал жёсткую позицию.
— Мы должны его изгнать, Ригор, — сказал он резко, его голос звучал как хлёсткий удар. — Его власть подрывает наш авторитет. Если мы позволим ему продолжать, стая расколется.
— Изгнание альфы? — вмешалась Эрида, её тон был настороженным. — Вы понимаете, к чему это приведёт? Это не остановит раскол, это ускорит его. Те, кто его поддерживают, не уйдут просто так. Они будут бороться.
Ригор поднял руку, призывая к тишине.
— Мы не можем позволить себе действовать импульсивно, — сказал он, его голос звучал твёрдо. — Но если Каэл откажется подчиняться законам, у нас не останется выбора. Мы не можем допустить, чтобы стая была разделена из-за его упрямства.
— Ты хочешь дать ему ещё один шанс? — с сарказмом спросил Галин. — Он уже ясно дал понять, что выбрал свой путь. Он не подчиняется нам, он подчиняется своим чувствам. И это разрушает нас.
Ригор замолчал, обдумывая слова Галина. Затем он вздохнул и посмотрел на всех старейшин.
— Мы дадим ему последний выбор, — сказал он. — Либо он порвёт со своими идеями и вернётся к законам стаи, либо он покинет нас навсегда.
Эти слова прозвучали, как приговор.
Каэл стоял перед старейшинами, его лицо было непроницаемым, но внутри него всё кипело. Он знал, зачем его вызвали. Он чувствовал это с того момента, как вошёл в зал и увидел их напряжённые взгляды.
Ригор заговорил первым.
— Каэл, твоё упрямство и стремление изменить наши законы поставило стаю под угрозу. Мы видим, как твои действия вдохновляют тех, кто хочет идти против нас. Но это должно закончиться.
Каэл сжал кулаки, но ничего не сказал.
— Ты должен сделать выбор, — продолжил Ригор. — Либо ты прекратишь свои попытки изменить законы и примешь нашу волю, либо… ты покинешь стаю. Навсегда.
В зале повисла мёртвая тишина. Глаза старейшин были прикованы к Каэлу.
Он поднял взгляд на Ригора, а затем обвёл глазами всех присутствующих.
— Я не могу подчиниться, — сказал он твёрдо, его голос прозвучал, как удар грома. — Законы, которые вы защищаете, уничтожают нас. Они не защищают стаю, они сковывают её. И если вы этого не видите, значит, вы не защищаете нас. Вы защищаете себя.
Галин вскочил, его лицо было искажено гневом.
— Ты предатель, Каэл! Ты ставишь свои желания выше интересов стаи!
— Нет, — перебил его Каэл, его голос был твёрдым и ледяным. — Я пытаюсь спасти стаю от вашего страха перед переменами. Вы называете меня предателем, но предаёте вы — тех, кто верит в лучшее будущее.
Ригор поднял руку, останавливая разгоревшийся спор. Его взгляд был тяжёлым.