Элис встала, её лицо озарилось тревогой.
— Ты хочешь сказать, что можешь потерять контроль?
Каэл отвёл взгляд, его челюсти напряглись.
— Это может случиться. Луна зовёт нас, пробуждает то, что спит глубоко внутри. Обычно я могу сдерживать это, но сейчас… всё стало сложнее.
Его слова прозвучали, как признание в самой болезненной правде. Элис подошла ближе, её руки осторожно коснулись его плеч.
— Каэл, мы справимся. Ты не один.
Он посмотрел на неё, и в его взгляде читалась борьба, которую она не могла полностью понять.
— Элис, ты не понимаешь, каково это. Волк внутри меня — это не только сила. Это гнев, инстинкты, которые могут навредить тебе. Если я потеряю контроль, я могу стать угрозой. Даже для тебя.
Она покачала головой, её голос прозвучал твёрдо.
— Я не боюсь тебя. Ты можешь бороться с этим, и я помогу тебе. Мы уже прошли через многое, Каэл. Я не позволю тебе пройти это в одиночку.
Лунный свет становился ярче, заполняя комнату. Каэл сделал шаг назад, его дыхание стало прерывистым, а мышцы напряглись. Он схватился за край стола, стараясь удержать контроль, но она видела, как его тело начинает дрожать, а лицо искажает боль.
— Иди, Элис, — прохрипел он, пытаясь оттолкнуть её. — Если я не справлюсь, ты должна уйти. Я не прощу себе, если причиню тебе боль.
Но Элис не двинулась с места. Она смотрела на него, её взгляд был полон решимости.
— Я не уйду, Каэл. Не сейчас, не когда ты больше всего нуждаешься в помощи. Ты не справишься с этим без меня.
Каэл поднял на неё глаза, его взгляд был полон внутренней борьбы. Он хотел убедить её уйти, но в глубине души знал, что её присутствие — единственное, что может удержать его на грани.
В этот момент Луна, словно почувствовав их борьбу, озарила комнату ярким светом, и внутри Каэла что-то сломалось. Его тело напряглось, и она поняла, что испытание началось.
Каэл с трудом удерживал себя от превращения. Его дыхание становилось всё громче, словно его тело боролось с чем-то невидимым. Лунный свет проникал в комнату через выбитые окна, обнажая каждую линию напряжения на его лице, каждый мускул, напрягшийся в отчаянной попытке сохранить контроль.
Элис стояла неподалёку, её взгляд был прикован к нему. Она видела, как его руки вцепились в деревянный стол, словно это был единственный якорь, удерживающий его в человеческом облике. Но она также видела, как этот контроль ускользал от него.
— Каэл, посмотри на меня, — сказала она твёрдо, но её голос всё же дрожал.
Он не ответил, его голова была склонена, а глаза закрыты. Его зубы сжались, и с каждым мгновением в нём становилось меньше человека.
— Уходи, Элис! — рявкнул он, не поднимая головы. Его голос звучал неестественно, с хрипотцой, от которой у неё по коже пошли мурашки. — Я не могу… не смогу удержать это!
Элис не двинулась с места. Она знала, что он борется за неё, за себя, за то, чтобы не стать чудовищем, которое может навредить ей. Она сделала шаг вперёд, а затем ещё один, пока не оказалась совсем близко.
— Я не уйду, Каэл, — сказала она твёрдо, пытаясь вложить в голос уверенность. — Ты не один в этом. Я помогу тебе.
Он поднял голову, и в его янтарных глазах уже не было ничего человеческого. Это были глаза зверя, наполненные яростью и болью.
— Элис, я могу тебя убить… Я могу причинить тебе боль! — его голос стал почти рёвом, но в нём ещё звучало отчаяние.
Она не отступила. Вместо этого её рука медленно поднялась, и она осторожно коснулась его щеки.
— Ты не причинишь мне вреда, Каэл. Я знаю это. Я верю в тебя.
Его тело дёрнулось, словно её прикосновение обжигало, но он не отстранился. Внутри него бушевала борьба, которую она видела и чувствовала. Она понимала, что он балансирует на грани, и любое её движение могло либо помочь ему, либо подтолкнуть его к краю.
— Слушай мой голос, — прошептала она, её ладонь теперь полностью лежала на его лице. — Слушай меня, Каэл. Ты сильнее, чем эта тьма внутри тебя. Ты уже доказал это. Ты не позволишь ей победить.
Каэл застыл, его глаза встретились с её, и в этот момент в них появилась искра чего-то человеческого. Её слова, её прикосновение — всё это проникло сквозь ту ярость, которая захватила его.
Но этого было недостаточно. Лунный свет, казалось, звал его, усиливая каждое его движение. Его тело начало трансформироваться, мышцы напряглись, когти прорезались на кончиках пальцев. Элис чувствовала, как его энергия становилась неуправляемой.
Тогда она сделала то, что сама едва понимала. Она закрыла глаза, сосредоточилась на своём дыхании и на том тепле, которое всегда вспыхивало внутри неё, когда она использовала свой дар.