Элис прижала его руку к своей щеке, её глаза наполнились теплотой.
— Тогда мы справимся вместе. Я не хочу, чтобы ты переживал за меня. Я сделала этот выбор сама, и я готова принять всё, что случится. Потому что это больше, чем мы. Это ради всех нас.
Каэл притянул её к себе, его руки обвили её так крепко, как будто он хотел защитить её от всего мира. Она почувствовала, как его дыхание стало глубже, и он уткнулся лицом в её волосы.
— Ты так много значишь для меня, Элис, — прошептал он. — Иногда я думаю, что не заслуживаю тебя. Ты заслуживаешь лучшего мира, чем тот, в котором мы живём. Но я обещаю, что буду сражаться за этот мир ради тебя. Ради нас.
Она подняла голову и посмотрела ему в глаза, её руки скользнули на его плечи.
— Ты и есть мой мир, Каэл. Ты дал мне всё, чего я никогда не знала. Ты дал мне любовь. И ради неё я готова бороться.
Их взгляды встретились, и в следующий момент их губы слились в страстном поцелуе. Это был поцелуй, полный боли, страха, надежды и любви. Они знали, что завтра может изменить всё, но в эту ночь они хотели быть только друг с другом, без мыслей о ритуале, о стае, о пророчестве.
Каэл осторожно опустил её на траву, их объятия становились всё более тесными. Каждый прикосновение, каждый взгляд говорил больше, чем слова. В эту ночь они наконец позволили своим чувствам взять верх, забыв обо всём, что могло случиться.
Ночь тянулась долго, но в то же время казалась слишком короткой. Когда луна достигла своего пика, Элис лежала рядом с Каэлом, её голова покоилась на его груди. Она слышала, как ровно бьётся его сердце, и это успокаивало её.
— Я боюсь, но я готова, — прошептала она, закрывая глаза.
Каэл крепче обнял её, его голос был тихим, но твёрдым.
— Я с тобой, Элис. До самого конца.
И под покровом звёздного неба они оба знали: как бы ни закончился ритуал, их любовь останется сильнее любого пророчества.
Глава 26. Судьбоносный ритуал
Утро настало тихим и холодным, словно сама природа затаила дыхание перед грядущим событием. Священная поляна, окружённая вековыми деревьями, ожила раньше, чем обычно. Все члены стаи, от самых молодых до старейших, собрались вокруг ритуального круга, чтобы стать свидетелями испытания, которое определит не только судьбу Элис, но и будущее всей стаи.
Элис стояла в центре круга, окружённая массивными камнями, покрытыми древними рунами. Руны мягко светились голубоватым светом, словно отвечая на её присутствие. Она чувствовала, как энергия древнего места обволакивает её, проникая под кожу и заполняя всё её тело. Это было одновременно пугающее и завораживающее ощущение, которое заставляло её сердце стучать быстрее.
На краю круга стояли старейшины во главе с Аэроном. Его взгляд был суровым, его поза — безупречно прямой, словно он сам был частью этих древних камней. Рядом с ним — Лана и Дрейк, чьи лица выражали тревогу, смешанную с верой в то, что Элис сможет справиться. Но именно взгляд Каэла был тем, что придавало ей силы. Он стоял чуть дальше, за пределами круга, но его янтарные глаза горели уверенностью и поддержкой, словно он передавал ей свою силу.
— Ритуал начинается, — громко провозгласил Аэрон, его голос эхом отозвался в тишине.
Он поднял свой древний посох, и руны на камнях засветились ярче. Оборотни, стоявшие вокруг, замерли, наблюдая за каждым движением Элис. Даже дети, обычно непоседливые, стояли тихо, их глаза широко распахнуты от напряжения.
Элис сделала глубокий вдох. Её руки дрожали, но она сжала их в кулаки, чтобы скрыть слабость. Её голос, когда она заговорила, был чуть слышен, но твёрд:
— Я готова.
Аэрон кивнул, и старейшины начали петь древний гимн. Их голоса звучали низко и глубоко, как эхо горного ветра. Магия, пропитавшая это место, стала пробуждаться, поднимаясь от земли, словно тонкий туман, который постепенно сгущался вокруг Элис.
Она закрыла глаза, позволяя этой магии проникать в неё. Сначала это было как лёгкое прикосновение, но затем энергия стала сильнее, обжигая каждую клетку её тела. Ей казалось, что она стоит на грани чего-то огромного, почти непостижимого.
Внезапно она услышала низкий рык — кто-то из стаи упал на землю. Это был один из молодых охранников, который стоял у круга. Его тело выгибалось в судорогах, и на его лице была маска боли. Оборотни вокруг бросились к нему, но магический барьер не позволял никому пересечь границу круга.
Элис открыла глаза, и её сердце сжалось. Она не могла просто стоять и смотреть, как кто-то страдает. Но её шаги были медленными, будто что-то невидимое удерживало её.