— Элис, нет, ты должна сосредоточиться на ритуале! — крикнул Дрейк, но она не слушала.
Она подошла ближе к упавшему оборотню, её руки дрожали, но она подняла их над его телом. Тёплое свечение начало разливаться по её ладоням, и она почувствовала, как её дар пробуждается, словно откликаясь на зов боли.
Энергия, которую она направляла на раненого, была мягкой, но сильной. Её пальцы замирали над его телом, и свет начал проникать в его кожу. Постепенно судороги прекратились, а его дыхание стало ровным. Когда он открыл глаза, в них была благодарность и изумление.
Толпа ахнула. Некоторые оборотни опустились на колени, словно только что стали свидетелями чуда. Даже старейшины, обычно непоколебимые, обменялись быстрыми взглядами, в которых читались сомнения и удивление.
— Она исцелила его… — прошептала Лана, её голос дрожал.
Аэрон нахмурился, его глаза сузились.
— Это ещё ничего не доказывает, — произнёс он, но в его голосе уже не было прежней уверенности.
Элис вернулась в центр круга, её дыхание было тяжёлым, но глаза светились решимостью. Она знала, что это был только первый шаг. Магия вокруг начала сгущаться снова, и её дар продолжал пробуждаться.
Каэл смотрел на неё с гордостью, его кулаки были сжаты, но он не сделал ни шага. Он знал, что её сила только начинается, и ему оставалось только наблюдать за её борьбой и верить, что она сможет пройти до конца.
Воздух внутри магического круга стал тяжелым, словно пропитанным невидимой энергией, которая давила на грудь, затрудняя дыхание. После того как Элис исцелила молодого оборотня, магия места начала реагировать на неё ещё сильнее. Руны на камнях вспыхивали всё ярче, а их свет стал мягко переливаться, как будто оживая. Вокруг стояла гробовая тишина, нарушаемая только ритмичным пением старейшин, которые продолжали древний гимн.
Элис закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Её ладони всё ещё покалывало от остаточной энергии, которую она использовала для исцеления. Но теперь она чувствовала, как магия связывает её с самой землёй. Это было не просто ощущение — это было как откровение. Словно лес, земля, небо и сама стая стали частью её существа. Она не знала, как объяснить это чувство, но оно было настолько реальным, что её сердце ускорило ритм.
— Продолжай, Элис, — прошептал себе под нос Каэл, стоя за пределами круга. Его глаза были прикованы к ней, а руки сжаты в кулаки. Он знал, что всё зависит от неё, но напряжение и беспомощность разрывали его изнутри.
Внезапно руны на алтаре в центре круга начали светиться так ярко, что толпа ахнула. Сами камни, казалось, начали вибрировать, а воздух наполнился странным гулом, похожим на далёкий вой. Это было тревожное и в то же время завораживающее звучание, которое пробуждало страх и любопытство.
Элис шагнула ближе к алтарю. Её тело чувствовало сопротивление магии, словно невидимые руки пытались удержать её на месте, но она продолжала двигаться. Её взгляд был устремлён на центр алтаря, где свет стал собираться в плотный шар, мерцающий голубым и золотым светом. Это было сердце ритуала, и она знала, что должна соединиться с этой энергией.
— Элис, будь осторожна! — крикнула Лана, но её голос прозвучал словно издалека.
Элис протянула руку к свету, и в тот момент, когда её пальцы коснулись его, мир вокруг изменился. Она почувствовала, как её тело будто бы растворяется, становясь частью чего-то большего. Её разум был перенесён в другое место — в видение.
Она оказалась на широкой зелёной поляне, окружённой высокими деревьями. Под светом полной луны по полю бежали волки, их серебристая шерсть мерцала в лунном свете. Но затем она увидела людей, стоящих рядом с волками. Они не были врагами, как ей рассказывали. Они смотрели на волков с уважением, а волки — с доверием. Вместе они работали, строили, делились дарами природы.
Элис увидела Каэла. Он стоял во главе стаи, его фигура была могучей и уверенной. Рядом с ним была она. Они держались за руки, и из их соединения исходил тот же голубой свет, что сейчас окружал её в реальном мире. Этот свет соединял всех вокруг — людей и оборотней, создавая единое целое.
Но видение изменилось. Она увидела опасность. Огромная тень, символизирующая разрушение и ненависть, приближалась, пытаясь уничтожить этот союз. Но свет, исходящий от неё и Каэла, становился всё ярче, отталкивая тьму, защищая всех.
Элис знала, что это не просто видение. Это было пророчество. Это была истина.
Когда Элис открыла глаза, свет из шара на алтаре заполнил весь круг, вырываясь за его пределы. Оборотни, стоявшие снаружи, ахнули, когда свет коснулся их. В этот момент каждый из них, включая старейшин, увидел то, что видела Элис. Они ощутили её эмоции, её связь с лесом, её видение будущего. Это было как откровение, разделённое между всеми.