Другая тайна – та, которую хранила Эсмиэль, - была под более надёжным замком. На эльфийку не повлияли бы ни выпивка, ни время, ни раскалённые щипцы перед лицом. Никто не узнает от неё, что Габриэль – высший вампир.
Как бы хорошо и уютно не было нашему герою с девушками, желание поскорее закончить с прощаниями и то, что он задумал на сегодняшнюю ночь, подгоняли и торопили его. Поэтому, дождавшись окончания очередного захватывающего рассказа от Фрилины – на этот раз она с выражением, с десятками различных интонаций и кривляний, рассказывала про то, как охотники спасли её от тролля и чуть не отправились в мир иной сами, - вампир встал и начал прощаться. Не обошлось без крепких объятий и поцелуев.
*****
Прощание с Ридой получилось быстрее и сумбурнее. На кухне «Весёлого кабана». Хозяйка кабака прощалась, охала, вздыхала, обнимала и целовала Габриэля, то и дело подбегая к кастрюлям на большой плите, к внушительным котлам в трёх очагах и почти без остановки отдавая приказания кухаркам. Иногда её отвлекали официантки, которым «не может подсказать этот остолоп Паток».
- У нас сегодня много народу, - объяснила она суету вампиру. - Турнир ведь охотничий на следующей декаде. Вот и съезжаются сюда все, кому не лень. Участники, зрители. Девицы с соседних деревень, желающие погулять со знаменитостями и парни, мечтающие пожать им руку.
- Эх, в такую веселуху уезжаю…
- Да и к лучшему это, - крикнула Рида, мешая варево в кастрюле. До этого его мешала кухарка, но хозяйка отстранила её на время, решив помешать сама. Такие отстранения она по очереди проделывала со всеми работницами кухни, проверяя, что они там намешали и показывая, как мешать лучше. – Многие вампиры уехали. Эта веселуха не для вас.
Через несколько минут официантки стали забегать чаще. Теперь они ничего не спрашивали - просто брали блюда с едой и выбегали. Суета увеличилась.
Пару раз спустился Паток, которому не хватало посуды в баре. Он поприветствовал Габриэля в первый свой спуск, быстро спросил: «как дела?» и не ответив на тот же самый вопрос нашего героя – последнему показалось, что он и на свой вопрос ответ не услышал, - убежал с двумя бокалами наверх.
- Паразит! – крикнула ему вдогонку жена. – Куда новые бокалы потащил? Опять что ли разбил?
Ответа не последовало.
Вампир понял, что становится всё более лишним на кухне.
Есть ли предел у ощущения себя лишним? Этакий высший порог? Наверно есть – тогда, когда даже самые близкие люди начинают хмуриться на твоё присутствие, потом раздражаться, а потом и выказывать своё раздражение, не обременяя себя сдерживанием.
Габриэль не стал дожидаться раздражения Риды и сказал, что ему пора.
- Как? Уже? Так скоро? – для приличия сделала удивлённое лицо хозяйка кабака.
- Да, пойду. Кое-какие дела есть, - улыбнулся вампир и достал коробочку с кольцом. Если бы Рида знала, что за «дела» были на уме у её бессмертного друга… - Это тебе! Прощальный подарок.
- Ой, ну зачем? – улыбнулась толстушка, взяв красивую коробочку внутренними частями предплечий и аккуратно поставив её на стол возле себя. – Зачем тратился?
- Пустяки! Что я, безделушку не могу хорошей подруге подарить?
Он объяснил, что нужно сделать с «камешком» в этой «бижутерии», чтоб заиграла музыка.
- Ух ты! Спасибо! Так приятно! Этот разве подарит такое? – на миг убрала милую улыбку и кивнула в сторону выхода Рида. – Руки помою – посмотрю. Пусть постоит.
- Давай-ка я лучше сюда его положу, - Габриэль взял подарок со стола и сунул его в передник своей подруги.
- Да, так лучше… А то одна из этих нерях, - хозяйка кабака снова убрала милую улыбку и сурово посмотрела на своих работниц, - его на пол смахнёт. И наступит ещё вдобавок!
Вампир улыбнулся.
- Пока, Рида! Надеюсь ещё увидимся!
- Пока, Габриэль! – заключила толстушка вампира в последние крепкие объятия и поцеловала. – Обязательно увидимся!
Габриэль ввёл Риду в заблуждение, когда называл свой подарок безделушкой и бижутерией. Поэтому она и не побоялась показаться меркантильной, так легко его принимая. Кольцо засверкает на её безымянном пальце только на следующий день в обед (вампир сказал продавцу ювелирного для кого подарок, и тот дал ему нужный размер). А к вечеру Паток, который, конечно, не сам заметит украшение – жена покажет его ему, - скажет, что это «кажется настоящее золото и сапфир». За что тут же будет высмеян.
Через два дня подруга Риды – которая разбиралась в украшениях и всяких модных штучках, - подтвердит слова её мужа.
- Вот дал жару! Зачем так тратился? Эх, Габриэль! Где ты сейчас? Жив ли ещё? Очень необычный вампир… – так выразит хозяйка кабака свою полублагодарность-полупорицание нашему герою после того, как подруга дважды поклянётся, что не ошибается и не врёт.