– Тебе пора, Кира. Будь сильной девочкой. Ты сможешь.
Его слова вызывают во мне протест, я мотаю головой, не соглашаясь с ним. Не смогу. Я не знаю правил игры, которую ведут против меня. Я не знаю в лицо своих врагов, чтобы по ошибке не довериться. Я много чего не знаю, и мне страшно, как бы ни пыжилась и ни делала вид, что все мне по плечу.
– Вперед. – Алан насильно меня разворачивает и подталкивает вперед.
Я чувствую спиной его взгляд, еле переставляю ноги. Мну в руках билет, задираю подбородок кверху. Не знаю, кому и что буду доказывать, но нужно собраться и прекращать быть тряпкой. Страшно – факт, но я смогу все преодолеть, Алан ведь не должен зря верить в меня.
За время ожидания объявления на посадку мне постоянно мерещится, что кто-то за мной наблюдает. Каждый раз, оглядываясь по сторонам, ничего подозрительного не замечаю. Облегченно вздыхаю, когда объявляют посадку. Я оказываюсь самой первой. И все же за мной действительно кто-то следит. Украдкой оглядываюсь через плечо, замечаю двух незнакомых мужчин, стоящих недалеко от меня. Сердце от страха ухает вниз. Торопливо направляюсь по коридору к самолету, где мне приятно улыбаются стюардессы. Сажусь на свое место, пристегиваюсь. Мне прекрасно видно всех, кто заходит в салон. Когда появляются те, которые, по моему мнению, следят за мной, я вжимаюсь в кресло и смотрю перед собой. Они проходят мимо, но мне кажется, что один из них случайно касается моего плеча. Вздрагиваю и крепче сжимаю подлокотник. Желание вскочить и покинуть самолет настолько велико, что я действительно отстегиваю ремень безопасности и встаю. Лишь входящие люди, которые с удивлением смотрят на меня, приводят в чувство. Я возвращаюсь на свое место.
Самолет оказывается под завязку забит, нет ни одного свободного места. Возле меня сидит женщина, со скучающим видом листает глянцевый журнал. Пока командир приветствует пассажиров, стюарды показывают стандартные действия при аварийных ситуациях, я смотрю в иллюминатор.
Поездка на Кавказ вышла волнующая, переживательная и особенная с привкусом разочарования. Я разочаровалась в Кирилле, в своей семье, в людях в целом. Вспоминаю о визитке полковника Кузнецова. Торопливо достаю из кармана брюк мобильный телефон, включаю его, чтобы успеть до взлета написать Дмитрию Сергеевичу о встрече. Как только появляется связь, как из рога изобилия сыпятся эсэмэс. Я не обращаю на них внимание, пишу полковнику. Он словно только и ждет от меня сообщение, потому что сразу отвечает, что встретит меня в аэропорту. Мне бы насторожиться его готовностью увидеть меня по прилету, но я не успеваю ничего проанализировать, так как ко мне подходит стюардесса и просит перевести телефон в режим полета.
Два часа. Два часа нужно пережить и возможно полковник поможет расставить точки над «i».
8 глава
Смотрю на вывеску ресторана, усмехаюсь. Если в мире будет идти война, где-то разойдется земля, а воды выйдут из берегов, брат себе никогда не изменит: завтра, обед и ужин только в хорошем месте. Хотя я помню, как он не чурался есть и тушенку из банки, грызть кусок хлеба грязными руками.
– Добрый день. У вас забронирован столик? – Вылизанный до тошноты администратор вежливо улыбается, в глазах отражается презрение, как только мысленно оценил стоимость моего внешнего вида. Столица не меняется, по-прежнему встречает по одежке.
– Нет, не бронировал. – Смотрю в сторону пустого зала.
– К сожалению, свободных столиков нет, – сохраняя вежливость, злорадно замечает, но как только его взгляд устремляется мне за спину, сразу же начинает излучать радость и готовность угодить.
– Добрый день, Назар Даянович, мы рады вас видеть в нашем ресторане снова. Ваш столик свободен. – Жестом руки администратор приглашает только что вошедшего человека в пустой зал, пытаясь взглядом мне приказать выметаться. Я оборачиваюсь, встречаюсь с холодным взглядом точно таких же глаз, как у меня.
– Здравствуй, брат.
– Здравствуй. – Назар повелительно кивает мне в сторону зала, в этот раз администратор даже рта не открывает, торопливо идет впереди нас.
Когда мы садимся за стол, нам протягивают меню, оставляют наедине. Я и Назар одновременно кладет папки в сторону. Брат недовольно окидывает меня суровым взглядом и поджимает губы.
– Мог бы и поприличнее одеться.
– Не вижу в этом надобности. Или у вас в столице везде принимают только по одежке? – Откидываюсь на стуле, с равнодушием рассматриваю обстановку. Дорого и богато, пафосно и безвкусно. Дизайнер явно думал, что люди с деньгами ведутся на мрамор, золото и хрусталь. Почему Назар часто здесь бывает? Скорее всего, ему нравится готовка местного повара, другого объяснения у меня нет.