– Почему?– тихо спрашиваю я, и Эмили застыла около двери.
– Что почему?– недоумевая, переспрашивает она, медленно поворачиваясь в мою сторону.
– Почему ты спасла меня? Ты даже не знала причины, но все равно выбрала меня. И не говори, что ты просто сделала то, чему тебя учили. Я не поверил в первые, и уж тем более не поверю во второй раз.
– Я действительно сделала то, чему меня учили с самого детства, Алан, – Эмили печально улыбнулась и добавила: – Прислушалась к своему сердцу...
Глава 8
Эмили
Мы выехали несколько часов назад и уже совсем скоро будем в городе. Солнечные лучи уже начинают проклевываться сквозь предрассветные сумерки. Эта ночь оказалась для меня самым настоящим кошмаром на яву. Мой брат часто говорил мне, что я словно магнит для не приятностей, но я лишь отмахивалась от него. Почему-то именно сейчас я начинаю в это верить.
По моему телу бежит мелкая дрожь от одной только мысли о предстоящем разговоре с Энтони.
– Энтони будет в ярости,– говорю я, закрывая лицо ладонями.
– Не переживай за это в этом нет твоей вины. Тем более я буду рядом с тобой.
– Почему?
– Потому что я этого хочу,–решительно произнес он хриплым голосом.
– Если ты делаешь это, чтобы отплатить за свое спасение. То не трать свое время.
Не отрывая головы от сидения, я повернулась в сторону Алана. Его челюсти плотно сжаты, он неотрывно следит за дорогой, крепко вцепившись рукой в кожаный руль. Темные волосы слегка взъерошены, а под глазами залегли черный тени. Только сейчас я поняла, что мы не спали целую ночь.
– Дело не в этом. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь произошло. Мир не сможет смириться с потерей такого таланта.
На губах Алана появилась еле заметная улыбка. В первые после всего произошедшего за эту ночь.
– Смерть не пугает меня так, как потеря. Мне уже довелось потерять трех близких мне людей. Я не смогу еще раз пережить эту боль.
– Трех? Разве еще кто-то погиб в той аварии?
– Погиб, но не в аварии. Мой брат умер еще в детстве. Мама так и не смогла оправиться после его смерти и впала в глубокую депрессию. Лишь иногда она приходила в себя и даже казалась счастливой. Но рано или поздно все начиналось сначала. Таков наш мир, Алан. Мы многое теряем, при этом ничего не получая взамен. Деньги, дома, брендовая одежда - это все такая мелочь по сравнению с человеческой жизнью.
На секунду я словно перенеслась в то время. Мне восемь лет. Я иду босиком вдоль мрачного темного коридора. Под ногами скрипят старые деревянные половицы. На улице идет сильный ливень в сопровождении грома и молний. А ветви старого дуба раскачиваются от порывов ветра, периодически ударяясь в оконные ставни. Я подхожу к лестнице и уже собираюсь спуститься вниз, но меня останавливают тихие всхлипы матери, доносящиеся из ее комнаты. Я часто слышала, как она плакала по ночам, думая, что ее никто не видит. Мне хотелось подойти и крепко обнять ее, но я так и не смогла решиться на это. Мне казалось, что это причинит ей больше боли.
Алан взял меня за руку, тесно переплетая наши пальцы в молчаливой поддержке. Казалось бы, такой простой жест, но как много он может значить. Жаль, что я раньше этого не понимала.
– Что с ним произошло?– спросил он, бросив на меня быстрый взгляд.
– Мне мало что известно,– тихо ответила я, пожимая плечами. – Тогда мама была беременна Энтони. Двадцать пятого июля ей внезапно стало плохо. Потребовалась экстренная госпитализация в больницу. Был поздний вечер, а нашего отца не было в городе. Маме пришлось оставить Калеба с няней до возвращения отца. В ту же ночь в доме начался пожар. Это единственное, что мне рассказал отец, не вдаваясь в подробности о той ночи. Лишнее упоминание о Калебе причиняло маме сильную боль, поэтому я больше никогда не пыталась это выяснить. Я даже не знаю, где он похоронен и есть ли у него вообще могила.
– Мне жаль, – тихо сказал он ослабевшим голосом.
Пейзаж за окном изменился. Вместо густого не проходимого леса начали мелькать знакомые мне дома пригорода. Алан остановил машину около обочины, но я не тороплюсь выходить. Я чувствую, как поникают мои плечи, словно на них свалился тяжкий груз. Лео упорно тычется мне в плечо носом, подталкивая меня сделать этот шаг. Алан заботливо потрепал пса по голове и первым вышел из машины. Преодолев внутренний барьер, я все же последовала его примеру и вышла в след за ним.
Мы молча вошли в дом. Я сразу проверила кухню и гостиную, замечая, что Алан не отходит от меня ни шаг.
– Энтони, ты дома?– кричу я, так и не обнаружив брата на первом этаже.