— Я только что понял, с какой целью эта тварь просила зачистить историю его знакомой, якобы девочке грозит опасность и надо бы её спрятать подальше от глаз. Твою мать! Сам же лично поселил в своё гнездо змею. Так значит, эта та самая Лайза. Вот какова её цель: держать Амину при себе.
Фархад будто очнулся и с вопросом на лице уставился на отца, а мы с Максимом ухмыльнулись лишь.
— Причём моя дочь? Валентина просила лишь запретить ей искать с ней встречи, но не сказала о причине. — Фархад встаёт и вплотную подходит к Баширу. — Что ты от меня скрываешь, отвечай! — срывается на крик.
— Амина указана в прямых наследниках многомиллионного состояния её умершего деда.
Фархад на глазах позеленел, осел на стул, глаза на мокром месте, подбородок трясётся. Впервые я увидел, как мужчина буквально лишается почвы под ногами.
— Вот значит почему моя Валия просила разрешение на выезд. Не потому, что хотела сбежать от меня, от тирана, заставляющего проходить круги ада, желающего получить наследника. Она хотела пока ещё живого отца отговорить, чтобы не вписывал ни её, ни Амину. Поэтому, там в России, её родные отказались от неё, считая неблагодарной, так, Башир?
— Ты всё правильно понял, Фархад.
— Почему не сказал? — с мольбой в глазах обращается к отцу за ответом.
— Потому что она просила.
— Ненавижу тебя, друг, — Фархад вышел из кабинета, оставляя нас троих в подвешенном состоянии.
— Что будем делать? — Максим задаёт вопрос, скрестив руки на груди. — Время идёт на часы, если Зулина решила действительно всех вас наказать за своего мужа, нужно сейчас же приступать.
— Набирай Джафара, отец.
И он набрал.
Глава 16
Амина.
Однажды, когда я была подростком, мама часто повторяла мне одну и туже фразу "никогда не показывай своей слабости, даже, если ты пала духом или же тебе вонзили кол в сердце, не сдавайся. Недоброжелатели только и мечтают сломить своего противника, а сильного тем более, ударяя по самым больным местам". Не знаю почему, но именно сейчас я вспомнила этот разговор между нами, чувствую, как по щекам стекают слёзы. Абсолютно безмолвно вытираю связанными руками, смахиваю их, немного хлюпая носом. Лайза добилась своего — буквально выбила из лёгких воздух. Девушка на пятках развернуть передо мной и вновь уселась за стол, что-то набирает в телефоне, наверное, какой-то номер, потому что в замкнутом пространстве комнаты при полной тишине отчётливо слышны приглушённые гудки. Лайза ухмыляется, играет своими тонкими пальцами по столу, будто по роялю, напевая странные звуки, словно побитое животное, затем специально проводит ногтями по железной крышке, создавая скрипучий, до боли раздражающий звук, мурашки по коже бегут от скрежета.
— Чего ты добиваешься? — вновь спрашиваю у неё в который раз, со счёта уже сбилась, а эта нахалка не желает говорить мне правду, специально тянет время, пытается до конца выбить из меня мои силы, чтобы прекратила быть сильной перед ними.
— Не так быстро, принцесса, — наставляет на меня указательный палец и повторяет движение маятника, приговаривая звуком часов, со змеиным оскалом и больным блеском в глазах:
— Тик-так, Амина. Я жду твоего жениха.
— Самир прибьёт тебя, Лайза, лучше беги, пока есть возможность, если живой остаться хочешь, — во мне зарождается гнев, но я стараюсь говорить спокойной, отделяя каждое слово, чтобы девушка слышала меня чётко, и не подумала, будто я уже опустила руки. Я точно знаю, что с Самиром всё хорошо — чувствую и ощущаю это на уровне интуиции, Аллах не отберёт его у меня сейчас, и уж тем более эти двое ненормальных: Бахтияр и Лайза. У каждого своя конкретная цель, и, если с лживым королём понятно, то с моей бывшей коллегой — нет. Не в мужчине дело, и это ясно мне со всей чёткостью. Лайза добивается другого, иначе бы она не стала говорить о маме.
— Ах, Самир, — она протягивает имя моего мужчины, закатывает глаза, откидываясь на спинку стула и так мечтательно раз улыбалась. — Как приятно было уничтожать его постепенно. Но нет, даже базука напоследок не помогла. Посмотрим, как скоро он окажется здесь, ведь теперь он остался без своего мозгового центра, в том числе и его отец. Господи, какая я гениальная, — Лайза приподнимает руки вверх и все также обезумев хохочет на всю комнату. Поджимаю ближе к себе ноги, ощущая себя потерянной и загнанной в такую ловушку, где всё до каждой мелочи спланированно.
— Тебе лечиться надо, Лайза, а не в преступницу играть, — уверенность и бесстрашие в моём голосе злит девушку, потому как она замолкает и смотрит мне в глаза, не моргая, сжимает руки в кулаки, но в телефоне раздаётся голос, разрушая нашу перепалку на напряжённом месте.