Идя по лесу, Грин и Антон принялись обсуждать что-то на местном, я же погрузился в размышления о своём предстоящем задании. Квестик, скажем так, выходил неоднозначный.
Молодость — это прекрасно. Если бы десять лет назад мне намекнули, что на горизонте маячит ночь с симпатичной девушкой, это как минимум была бы интрига. А как максимум… Вот он я, полный страсти и ментальных сил!
Но студенческие годы, когда после принятия на грудь пары стаканов мозгоотключающего препарата я лазил в окна женского общежития, прошли. И сейчас идея переспать с девушкой, с которой мы даже Пушкина вместе не читали, уже не казалась мне столь привлекательной.
Но и возразить Антону, мол, давай как-нибудь по-другому добудем этот ваш «Сияющий разум», у меня не хватало духу. Точнее хватало, но дух этот всё ещё помнил мрачноватые будни имперского подземелья, ночные крики безумного француза и картину распадающегося в пыль веснушчатого Ларса.
Сейчас, когда опасность похоже миновала, Атон производил впечатление чуть ли не рубахи-парня. Шутя без повода и по поводу, он скрашивал наш путь и разряжал атмосферу. Однако, я не настолько туп чтобы не понимать, у этого человека есть реальные возможности, от которых очень сильно зависит моё дальнейшее благополучие. И мне вроде как положено писать кипятком от факта, что кто-то решил чему-то меня научить.
Кипяток, однако, не шёл. В связи с его отсутствием, решено было зайти издалека. Дождавшись, когда товарищи смолкнут, я сразу же поинтересовался:
— Этот ваш «Сияющий разум», что это такое и с чем его едят? И мне тут показалось, что не всё с ним так радужно…
— А с ним как-бы совсем нерадужно. Особенно для тебя, — обернувшись, бросил мне идущий впереди Антон.
Не дождавшись продолжения, я вопросительно повернулся в сторону Грина, ведущего нашу груженную поклажей лошадь.
Пожав плечами, старик прокомментировал:
— Ну почему же. Данное зелье очень положительно повлияло на развитие магии. Оно в каком-то смысле уравнивает талантливых и просто способных магов.
— Ага, тогда объясни ему, почему ты его ни разу не принимал, — через плечо кинул Грину маг.
— У меня очень хорошая память, — с нескрываемой гордостью заявил старик. — Был конечно соблазн выучить с его помощью несколько особо замороченных формул, но стоимость и побочные эффекты…
— Какие такие побочные эффекты? — насторожился я.
— Умножь убойное похмелье на десять, а после растяни его на месяц, — вставил очередной комментарий Антон.
Т-а-а-а-а-к…
— Ты иномирец, у тебя всё пройдёт за неделю, — поспешил успокоить меня Грин.
— Какая неделя, будем пичкать его катализаторами. Двое суток, не более, — вставил маг.
— Катализаторы ускоряют очищение, но они же «уплотняют» негативные эффекты, — осторожно заметил Грин.
— Я буду отрубать его на время острой фазы. А что до остального… Не нравится, пусть поищет себе других учителей. И другие источники финансирования заодно.
Блин, только настроение начало улучшаться и вот тебе, опять.
В этот момент Антон стал серьёзен. Остановившись, он смерил меня строгим взглядом, после чего попросил Грина:
— Объясни-ка ему всё по-человечески. А то как-то некрасиво выходит.
Старик на ходу завздыхал, мол, опять отдуваться.
«Кого ты обманываешь своими вздохами? Я же знаю, что тебя мёдом не корми, дай прочитать очередную лекцию», — оценив вздыхающего и собирающегося с мыслями Грина, подумал я.
— «Сияющий разум» — многокомпонентное зелье высокой сложности приготовления, — начал Грин. — Наиболее ценный его эффект: оно многократно повышает восприимчивость и обостряет память. Более того, то, что было выучено под действием данного зелья, очень редко забывается. Маги пользуются им чтобы запомнить длинные магические формулы, сложные пентаграммы или освоить глубокие концепции. Средняя продолжительность эффекта шесть — семь часов.
— И всё бы было хорошо, — многозначительно поднял Грин палец вверх, — если бы «Сияющий разум» не являлся крайне токсичным препаратом. При этом токсичность его имеет две стороны. Первая — токсичность самого зелья, а вторая — выделяющиеся при работе мозга «отходы», которые из-за многократного разгона не успевают выводиться естественным путём. И если избавление от вторых ещё можно как-то ускорить, то первые покидают организм крайне неохотно. Различные облегчающие препараты помогают, но лишь частично. Головная боль длится примерно месяц, а процесс полного очищения организма занимает полгода. В течение этого срока крайне не рекомендуется принимать новую порцию препарата.