Внезапно, я почувствовал, что лифт пришел в движение. В следующее мгновение его створки открылись. Я поднял глаза и увидел ее. Нет, этого просто не может быть!
– Максим? – Почему то спросила она.
“Нет! Этого не может быть! Или может?”
– Господи, ты жива! – Я тут же подскочил и прижал ее к себе. – Алиса… Неужели это правда ты? – “Это просто НЕ ВОЗМОЖНО!”
Она же буквально повисла на мне, и я взял ее на руки.
– Что с тобой? – Только тут я заметил огромный синяк, который начинал расплываться на ее лице и искусанные в кровь губы. – Что он с тобой сделал?
– Это ничего… – Слабо улыбнулась она. – Максим… – И она уткнулась мне в шею и расплакалась.
А я мог лишь крепко прижимать ее к груди, ощущать ее близость и просто непереносимое счастье от того, что она рядом. Как же она исхудала!
Вдруг, я услышал, как кто-то деликатно кашлянул, привлекая наше внимание. Я поднял голову и увидел не знакомую девушку, которая держала на руках и укачивала два свертка.
– Это моя подруга Лена и наши дети. – Видимо, Алиса тоже услышала это покашливание и попыталась взять себя в руки. Однако у нее это слабо получалось, потому что из ее груди все равно постоянно вырывались всхлипы, которые острой болью отдавались в моем сердце.
Девушка нерешительно подошла.
– Привет.
– Только благодаря ей нам удалось бежать. Лена, заходи, лифт сейчас закроется.
Я как дурак уставился на живые комочки в ее руках и не мог произнести даже слово. От переполнявших меня эмоций я чувствовал себя очень и очень странно. Как будто все, что сейчас происходит – происходит не со мной, а с каким-то другим, более удачливым мной.
Какая же странная штука жизнь, только что я думал, что все потерял, а оказалось, что только-только нашел.
Я лежала в теплой, почти горячей ванне и наслаждалась ее теплом. Как хорошо, что леди Эмилия распорядилась ее для меня поставить и налить. Только бы не уснуть, хотя соблазн очень велик. Казалось, вместе с жаром этой ванны из меня выходит страх и напряжение последних дней. О том, что произошло пару часов назад в небольшой комнате Императорского дворца я старалась не думать, а уж о том, что могло бы произойти не появись Ленка так во время… Однако, навязчивые мысли все равно снова и снова возвращали меня в тот кошмар и даже в горячей ванной мне становилось холодно и тело покрывалось гусиной кожей. Тут в дверь постучали и вошли.
– Алиса, я принес тебе полотенце и халат. – Услышала я голос Максима, и он подошел ко мне.
Я тут же попыталась прикрыться и опустила глаза. Не то, чтобы я его стеснялась, просто мне не хотелось, чтобы он видел мои синяки, которых оказалось гораздо больше, чем я могла ожидать. Ивар слишком сильно сжимал мои предплечья и ключицы, даже на груди остался отпечаток его пальцев.
Максим, похоже, не обратил на это никакого внимания, не говоря ни слова, он встал рядом с ванной на колени, взял мочалку и намылил ее, после чего начал аккуратно меня мыть, как маленькую. Каждый раз, когда он проводил по месту ушиба, рука, сжимающая край ванный, белела от напряжения, однако на его лице не отражалось ничего. Потом он аккуратно массируя вымыл и сполоснул мне голову. После чего поднял меня, завернул в халат и на руках отнес и посадил на кровать. Сходил за полотенцем, вытер мне волосы и начал расчесывать. Невольно, я вспомнила, как не так давно меня расчесывал Император и вздрогнула. Расческа в его руках замерла. Я обернулась и увидела его побелевшие губы, после чего он еще более аккуратно продолжил меня расчесывать. Потом, не говоря ни слова, он так же аккуратно высушил мои волосы, снял с меня халат, намазал места ушибов какой-то мазью, стоявшей на столике неподалеку и надел на меня ночную сорочку.
“Что все это значит? – Задавала я себе безмолвный вопрос. – Почему он ничего не говорит? Может он ненавидит меня за то, что я позволила касаться себя другому мужчине? Но это же не справедливо!”
Я боялась нарушить тишину и услышать слова обвинений из его уст. В день, когда меня похитили из бункера он ясно дал понять, что не верит в искренность моих чувств, а сейчас такое… Но пусть лучше так, чем вдали от него. Как же я по нему соскучилась! И как же я устала…
Я легла на край кровати, и он укрыл меня. А потом сел рядом с кроватью и взял мою руку.
– Алиса… – Я подняла на него глаза. – Прости меня. Я знаю, после всего этого, ты вправе возненавидеть меня… Я был таким дураком! Я не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь за все это… – Теперь в его глазах плескалось самое настоящее отчаяние. – Но я так люблю тебя! Я умру без тебя, сойду с ума, если ты еще хоть раз пропадешь из моей жизни!