Несколько секунд я просто сидела, приходя в себя. После чего бросилась к детям, мысленно благодаря их за спасение.
Глава 23 Инцидент
Леди Колерия как всегда после обеда сидела в кафе мадам Ирмы и пила ароматный кофе. По ее глубокому убеждению больше нигде в Запретном городе нельзя было попробовать кофе лучше, ну, разве что у ее матери, но Колерия уже очень давно ее не навещала. Эта мысль немного ее взволновала и она достала телефон, чтобы позвонить старушке и спросить о здоровье, однако в последний момент передумала и решила, что в ближайшее время обязательно ее навестит. Как-то так вышло, что она привыкла откладывать и звонки и поездки к матери на потом.
Она продолжала рассеянно смотреть на улицу, где прохаживались люди и потягивать ароматный напиток. Внезапно ее внимание привлек мужчина, который также как и она пил здесь кофе. Он встал, поправил свой пиджак и вышел из кафе. При этом он забыл на столе небольшой сверток. Колерия решила его окликнуть, но поняла, что он уже вышел из заведения, поэтому она встала и направилась к выходу, намереваясь окликнуть его на улице.
Внезапно, она услышала за спиной оглушительный хлопок и волна нестерпимого жара накрыла ее с головой. Последней ее мыслью было: «Мама…»
— Внимание! Беспрецедентный случай только что потряс Олимпию и весь Запретный город! Взрыв небывалой силы разрушил кафе всем известной мадам Ирмы и выбил стекла близлежащих зданий. Количество раненых и погибших пока уточняется. Самой же мадам Ирмы по чистой случайности в этот момент в кафе не оказалось и ее жизнь сейчас вне опасности.
Мы будем и дальше следить за развитием событий в квартале Земли и обо всем вам докладывать.
В это мгновение корреспондент отвлекся и указал куда-то в сторону, камера тут же последовала за его рукой и картинка резко изменилась, показывая зрителю надпись на дороге, которая начинала прямо на глазах медленно проявляться: «СОПРОТИВЛЕНИЕ» — СУЩЕСТВУЕТ!
— Уважаемые зрители, случившееся взбудоражило весь Запретный город и наш Император не может остаться равнодушной к тому, что произошло, поэтому, по прошествии уже получаса после инцидента, хочет обратиться к людям Запретного города. — Проговорил все тот же корреспондент.
Картинка изменилась и на экране показалась фигура Императора, который лично прибыл на место происшествия. За его спиной виднелось пепелище и снующие в разные стороны пожарные и целители.
— Люди Запретного города! Стало известно, что этот инцидент унес жизни пяти, ни в чем не повинных человека, ранены около пятнадцати, точные данные еще уточняются. Всем им оказывается посильная помощь. Я скорблю вместе с вами! Никогда еще Запретный город не испытывал на себе подобной агрессии по отношению к собственным гражданам! — Император развел руками и обернулся лицом к пепелищу, после чего его глаза заблестели от сдерживаемых слез и он продолжил. — Я не знаю, что они хотели этим показать и доказать, но… Обещаю вам, что мы обязательно найдем этих извергов и уничтожим движение, гордо именующее себя «Сопротивлением»!
— Как вы видите, сейчас мы находимся в Центральной олимпийской лечебнице. Именно сюда были доставлены все раненые и именно сюда съезжаются со всех островов их близкие и близкие тех, кто погиб сегодня в этом ужасном бессмысленном взрыве.
Здравствуйте. Я вижу, вы один из пострадавших. Скажите, как вы себя чувствуете?
Лицо парня, которому задали вопрос, было растерянным и даже как будто потерянным.
— Я? Нормально. Отделался парой царапин. — Тут парень как-то резко побледнел.
— Что с вами? Вам плохо? Эй, кто-нибудь сюда! — Тут же заорал репортер.
— Нет, нет, со мной все в порядке. Просто… если бы вы видели, что там творилось сразу после взрыва… Кругом неразбериха, дым, кровь, крики, оторванные конечности… — Глаза парня стали совсем стеклянными, когда он об этом говорил. К нему тут же подскочили целители и куда-то увели.
Некоторое время камера просто снимала побелевшего репортера. Тут он спохватился и обратился к первой попавшейся на глаза плачущей женщине.
— Кто у вас здесь?
Та подняла заплаканные глаза и всхлипнула.
— Подруга. Ее не стало… Она… она была еще так молода! Господи, как же она была молода… — И женщина уже не сдерживаясь разрыдалась.
Камера опять выхватила растерянное и осунувшееся лицо журналиста. Тот попытался обратиться к еще одной женщине, но та просто подняла на него совершенно дикие глаза и завыла в голос.
— Нет, я так не могу… Репортаж окончен.
Я снова и снова в какой-то прострации просматривала события того дня транслируемые телевидением. Смотрела и не верила, что люди, которых я знала и любила могли пойти на подобное! Неужели их хваленый мир, где ценность человеческой жизни и личности уже тысячи лет возведены в ранг священных полетел в тартарары из-за того, что они не поделили власть? Власть… Да что же они в ней такого находят, что готовы жертвовать жизнями людей? Хотя, что для них люди? Так, тараканы под сапогом, которых при надобности не жалко и притопнуть. Они же тараканы… наплодятся еще, хотя в их случае не наплодятся, но это все равно ничего не меняет. Неужели и Максим такой же, неужели он может так думать? Нет! Не верю!
Внутри было пусто и необитаемо. Казалось, в душе не осталось ничего кроме свистящего ветра, который гулял в пустоте моей души и головы. Кто-то заходил, кто-то выходил, кто-то звал меня, кто-то кричал на меня, а я не могла даже пошевелить головой. Пусто… Внутри меня совсем пусто. Разве бывает внутри человека так пусто? Ничего, ни чувств, ни эмоций, одна только пустота и ветер, ветер, который кричит так, что невозможно уже слушать, так, что перепонки вот-вот лопнут.
Внезапный удар по лицу оборвал этот крик.
— Алиса! Очнись! Что с тобой! Хватит так орать, у меня сердце разрывается! — Кричала в свою очередь мне в лицо Ленка.
— Зачем? Зачем! — И слезы наконец полились из моих глаз. Я уткнула в грудь Ленки и разрыдалась. Я рыдала так, как никогда до этого.
Наконец, когда я немного успокоилась, и из меня ничего просто не могло больше вылиться, я задала вопрос, который так меня мучил.
— Я не понимаю, зачем они сделали это? — Я лежала на руках Ленки и смотрела в окно.
— Алиса…
— Лена, я не верю, что лорд Марк и Максим могли на это пойти.
— Судя по тому, что ты мне о них рассказывала, я тоже не верю в это.
— Правда? — Я умоляюще на нее посмотрела.
— Ты знаешь, по-моему такие выводы как журналист должна делать ты, но я вот что тебе скажу: как-то очень уж во время прогремел этот взрыв. Ты не находишь?
— Что ты имеешь ввиду?
— А то. Вот, смотри, какая картина вырисовывается. Репутация Императора, прямо скажем, подмочена, народ сомневается в легитимности его власти, в Запретном городе потихоньку начинаются волнения, «Сопротивление» приобретает сторонников и даже самые ярые скептики начинают задумываться. Еще парочка таких вылазок и «Сопротивлению» действительно начнут верить. Тут, бах! И взрыв, который они непонятно для чего совершают. Неужели твой Максим и его отец такие дураки, что не догадываются, что подобным образом могут добиться со стороны людей лишь ненависти? Очень сомневаюсь!
Вот теперь возникает вопрос: Кому действительно выгоден этот взрыв? — Она выжидательно посмотрела на меня. — Какой лично у тебя напрашивается вывод?
— Императору. — Выдохнула я.
— Именно! Теперь люди начнут ненавидеть «Сопротивление» и его членов, одно это слово будет вызывать у них негодование. А Император? О, он превратился из изверга, который согласовал и скрыл гибель двенадцати девушек, в защитника всего Запретного города! И еще один маленький, но чертовски приятный бонус: Алиса Строганова разочаровывается в своем любимом и падает ему в объятия, как созревшее яблочко!