- Мы приехали. - мужчина остановил машину у заброшенного христианского интерната, где выросла Перистери.
Как только девушка вышла из машины, агентесса отдала ей шкатулку, на крышке которой был образ Божьей матери.
- Капитан Арг сказал, чтобы вы открыли её на трибуне в актовом зале.
После машина уехала в неизвестном направление.
Серафима бродила по коридору как будто во сне. Она не понимала, что тут делает, да и не хотела понимать. И вот в таком состояние она дошла до актового зала. Как ей и сказали, девушка на трибуне открыла шкатулку. Внутри была пластина, хранившая в себе одну запись. Это было видеообращение капитана Арга. Сначала он придирчиво спрашивал идет ли запись. Получив положительный ответ, Тибурон состроил физиономию, словно он добрый дядюшка, и начал своё обращение:
Госпожа Перистери, вы даже не представляете, как я вам признателен за информацию, которую вы мне предоставили. Я даже не знаю, как вас отблагодарить. Вы знаете, я никогда не понимал, почему Себек ненавидел христиан. Я тоже убежденный язычник, но мне на них было наплевать. Но после нашего разговора, у меня возник интерес к библии. А в ней я нашел одну занимательную историю. Прежде чем продолжить, у меня есть для вас подарок. Он находится в коробке, на полке трибуны.
Открыв коробку, Серафима впала в дикую истерику. Там были простые вещи, в которых обычный человек не найдет ничего особенного, но она поняла, что капитан хочет сказать. А тем временем запись продолжала идти:
Эта историю про Иуду. Вы и так её хорошо знаете, поэтому не буду пересказывать. А ещё я не буду гадать, простил ли ваш Иисус Иуду или нет? Но, как бы вы мне не были симпатичны, я не могу вас помиловать. Да вы, наверное, сами этого не хотите.
Серафима дальше не слушала сообщение. Её истерика длилась примерно 5 минут. Она проливала слезы над коробкой, в которой были красная веревка и отрывок из Евангелие от Матфея 27:5:
- Я согрешил.
- А нам-то, что до этого.
Серафиму Перистери найдут через двое суток, повешенной на красной верёвке в одном из классов интерната...
Но пока судьба бедной девушки была неизвестна для Ириды и Авы. И с каждой минутой уходили терпение и силы Ириды.
- Тётя Ирида, вы держитесь! - скулила в панике Ава, держа любимую тётю за руку, - Скоро придёт Серафима.
- Ава, хоть себя не обманывай! Уже примерно полчаса прошло. Эта сука-предательница нас бросила! Лучше ты беги за помощью.
Сначала девочка не хотела оставлять Ириду, но женщина убедила её, что, находясь здесь, она вряд ли ей чем-то поможет. Когда Ава выбежала из вышки, она решила попросить помощи у одной из проезжающей мимо машин. С криками о помощи она выскочила на дорогу. Для водителя это было настолько внезапно, что он не успел затормозить.
Дальнейшие события Ава помнила в смутных эпизодах. Перед тем как в первый раз потерять сознание, девочка увидел, как остановившийся водитель начал кричать на неё. Она же слабым писклявым голосом просила помочь вытащить тётю с вышки. Второе короткое пробуждение Авы произошло в машине скорой помощи. С ней также лежала, парализованная ниже пояса, Ирида. Женщина яростно трясла фельдшера.
- Не дай ей умереть, черт возьми!- кричала она до тех пор, пока фельдшер не вколол ей успокоительное.
Потом в глазах снова потемнело. Дальше она слышала лишь свои болезненные стоны и нервный женский голос. Это была мама. От её дрожащего голоса, пытавшийся поддержать и успокоить, девочке становилось легко, а может это просто помогало обезболивающие.
И когда же Ава пришла в себя в больничной палате, то её мать была рядом.
- Ава... Ты живая... Доченька... - глаза Юноны были мокрыми от слез, она поцеловала дочку в лоб.
- Мамочка... Сколько времени прошло?
- Ты пролежала тут сутки.
Повернув голову, Ава заметила, сидящую за столиком, Иону, которая рисовала на бумаге каракули.
- Отца срочно вызвали на экстренное совещание, а Трай, как и все кадеты, помогает рядовым разгребать завалы.
- Мама, а что с тётей Иридой?
- Меня к ней не пускают. Я не знаю в чем дело. Я по позже хочу к ней снова пойти.
- Сходи к ней сейчас, пожалуйста. Мне уже немного лучше. А потом я к ней схожу. Я за Ионой присмотрю. Не волнуйся!