Искренне улыбаюсь, прежде чем ответить просто и ясно:
— Спасибо за заботу. Меня приняли невероятно тепло для первого рабочего дня.
Поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом — легкая тоска, которую он стремился скрыть сменилась непосредственностью и неким радушием.
— С другой стороны, может, мне хочется чувствовать перенапряжение, — бросаю напоследок, скрывая за невинной фразой подтекст, который он точно понял.
Хлопаю дверью, не помня как, оказываюсь на улице вся в поту и дико смеюсь про себя. Эта работа потреплет мне нервы, вот увидите.
Глава 2. Ты плохо спала этой ночью
“Вы свалитесь от перенапряжения” — да чтоб он знал, чертов Босс! Я буквально выбегаю из офиса, из этой стеклянной коробки навстречу приехавшему такси, и сидя в салоне ухмыляюсь, но не от того, что флиртовала, а от того, что он все-таки не робот. Может, он настолько устал, что не стал контролировать эмоции и мышцы лица…
Свет фонарей за стеклом во время движения превращается в единую блестящую полосу, и мне не удается понять — почему, поработав больше двенадцати часов, сидя на одном месте, я перевозбуждена, но не в сексуальном плане? Энергия кипит в жилах от триумфа и интереса ко всему: к проекту, к карьере в целом, и, что самое странное, к Боссу.
“Вас никто не поблагодарит за самоотверженность” — да ладно! А он сам не перерабатывает в три раза? Ха-ха, очень смешно, нашел кого упрекать. И что его заставляет сидеть в офисе допоздна? Что его так поглощает? В чем его проблема?
Я остаюсь взбудораженной вплоть до самого порога дома. Открываю дверь ключами, зная, что буду одна. Но отец, на удивление, оказывается в гостиной.
— Как первый рабочий день на новом месте? — он расслабленно раскинулся на кресле-качалке из ротанга и мягкой подушки и взглядом приглашает сесть напротив, на диван.
— Это не так интересно, как то, почему ты здесь, — приулыбаюсь, а отец тихонько хихикает.
Не сочтите меня хамкой: по обыкновению он исчезал на всю ночь, а виделись мы лишь в полдень; “папа” на самом деле являлся моим дядей, когда как настоящий отец спился после смерти матери — у той быстро прогрессировал рак матки, и родной папаша быстро сдулся, потеряв всякую опору и желание жить эту жизнь. Дядя поступил весьма великодушно и вырастил меня, но мы нигде не задерживались дольше года или двух лет.
— Может, хочу с тобой почаще видеться, — папа грустно пожимает плечами, — у тебя то учеба, то теперь работа, где ты, по всей видимости, будешь пропадать сутками.
Смотрю прямо на него — его овальное лицо освещается теплым светом настольной лампы, подчеркивая четко очерченные скулы и прямой нос, прямо как у меня. Темно-карие глаза, полные мудрости и заботы, взирают на меня с нежностью и вниманием, такими, что иногда между родными родителями и детьми подобного не бывает.
— Мне есть у кого поучиться, — мы легонько смеемся, понимая, что привычка задирать в крови у обоих.
— Может, я планирую измениться, — папа любезно берет меня за руки, а я глубоко вздыхаю, зная, что люди слишком редко меняются, чтоб верить им вот так на ровном месте, — никаких ночных вылазок. Скромная работа в дневное время суток, да?
— А сейчас чем не скромная? — непонятно смотрю на него, не врубаясь то ли из-за накрывшей все-таки с головой усталости, то ли из-за его речи вокруг да около.
Он тупит взгляд, уставившись в цветастый ковер у моих ног, и я задумываюсь: мы не жили богато, но если я в чем-то нуждалась, он всегда находил деньги. Его “ночные вылазки” представляли собой работу водителем фуры или пакапа со складов, либо охраны ночного клуба и концертов, либо оператором колл-центра в ночное время. Мы жили и живем до сих пор с ним будто в разных часовых поясах: он в одной части света, я в другой, а встречались мы дай бог за ужином после учебы или на ланче перед уходом на пары.
— Я стал гораздо осторожнее, — издалека начинает он, а меня внезапно накрывает зевота, — предусмотрительнее, — словно гипнотизируя, он понижает голос и глядит на меня, что аж становится неловко, — сегодня, так скажем, непроизводственный день. Я бы даже сказал, опасный, в какой-то мере.
— Что может быть опасного в работе ночного водителя? — и тут же отвечаю сама на свой вопрос: мы, живя в нижней Калифорнии, часто забываем о проблемах на границе с Мексикой, а папа как раз катался вдоль и мимо нее. Да-а… множество конфликтов гораздо серьезнее тех, что могут возникнуть в офисе.