Четыре
Лу утыкается кончиком носа в ключицу, как и во время объятия в сквере; мне не просто тепло, мне горячо, мне жарко, мне обжигающе; его кудри слегка щекочут уши и виски, и он, чувствуя это, отдаляется к груди и засасывает ее ртом, пальцами нащупывая клитор. Умничка, с первого раза нашел, видимо, предварительный вводный урок с оральной стимуляцией не прошел.даром.
Так, что там с Яном? Сидит он, связанный, теперь слева от нас двоих, с похотью и злостью из-за ревности во взгляде глядя на бешеное сношение, разворачивающееся прямо на его глазах; ха, как тебе живое порно, придурок? Это все, что тебе достанется, гаденыш. Сиди, мучайся; единственный жар, который тебе сегодня достанется — жар от батареи. Ублюдок.
И Ян ничего не может поделать со своим членом, который предательски отзывается на представление в двух метрах от него; он может лишь корчиться от боли, от мук и неутихаемого возбуждения; Босс, нашелся мне. Это я управляю им. Вернее, всем спектром страданий, который он только способен почувствовать.
Ян мучается, извивается, стонет, но не от наслаждения, как мы, а от боли. Мне хочется злорадствовать, ликовать, но вдруг милосердная половина личности побеждает, хотя я хочу ее закопать на уровень Марианской впадины и больше никогда не вспоминать. Половина становится большей частью, всею мной, и кричит хором с мучеником, создавая такое эхо и резонанс, что у меня начинает болеть голова. Бл..ь.
Он же действительно хотел пойти с тобой в клуб. Он тоже переживал за твое здоровье, но по-своему. Лукас хотел понравиться, потому что ему нечего терять — он же не работает в “Аресе”. А Ян не может себе этого позволить, понимаешь? Ему нужно время. Может, он сам не понимает, что к тебе чувствует. И вообще… у него проблемы с компанией. И даже ты сама пообещала отцу переехать в скором времени. Черт, как же все не вовремя.
Я искренне надеялась, что член, вбивающийся в меня, вталкивающийся все активнее и бодрее, выбьет все мысли о Яне. Нет, не так. ВСЕ мысли в принципе. Любые. Обо всем. Но я будто начала думать в сотни раз скорее, видя свою жизнь в перспективе. Это жестоко. Я думаю о чем угодно, но только не о сексе. Мне смешно. Нет, правда, я смеюсь во весь голос, Лукас удивленно останавливается и недоуменно смотрит на меня.
Три
— Давай-ка я лучше снова сверху, — предлагаю я и следом начинаю уверенно лгать, — мне щекотно. Не могу сосредоточиться.
Он понимающе кивает, но мне кажется, что слегка недоверчиво. Будто усомнился в моих словах. Мы ловко меняемся, теперь я спиной к нему, сажусь на ствол, проникающий на всю длину. Какой раз за ночь? Третий? Пора закрывать лавочку. Пир окончен.
Мысленно представляю, как слезаю с кровати, развязываю Яна, он бросается мне в объятия, крепко и глубоко целует, а я отталкиваю, присаживаясь на пах Лукаса. Беру его ладонь и кладу себе на лобок, где он сразу же находит нужную точку, нежно трет ее, отчего все нервные окончания тут же отзываются, а дальше картинка смазывается, ведь Ян подходит к нам, прыгает ко мне и целует сверху, а я оказываюсь зажата между двумя в этом сумасшедшем бутерброде. Приятного аппетита, Мария. Желудок не обманешь, а вот мозг — очень даже.
Член Яна тычется мне в пупок, а чьи-то руки щупают то ягодицы, то грудь; и я не могу разобрать, чьи это пальцы и ладони, их слишком много. Для двоих человек в постели. У меня никогда не случалось тройничка, но это идиотское воображение разыгралось не на шутку. Нет, теперь все серьезно. Оргазм близко, очень, я чувствую по все нарастающему напряжению в глубине, сплетающемуся в адский клубок, дергающему мышцы бедер, и эта щекотка…
В конце концов, если я представляю третьего, то это уже не измена? Ведь третий — дополнение? Тем более, такое эффективное, что я шепчу ему на ухо: “Теперь медитировать вы будете только в такой позе, Мистер Старридж?”, а он мне в ответ: “Я думаю, мы определенно найдем гармонию и баланс, учитывая, что нам с Лукасом надо синхронизироваться”. Ха-ха-ха.
Воистину: женщин есть две проблемы — отсутствие воображения и чрезмерное его количество в самых неподходящих ситуациях.
Два
“Ну как ты там, в курсе личной жизни своих подчиненных?” — а Ян мне, глядя на Лукаса: “Ага, еще как в курсе. Во всех подробностях и деталях”. Я буквально слышу его вечную ухмылку и вижу лицо в неоновой подсветке, он спускается к груди, проводит языком вдоль и поперек, а я замечаю: “Отношения, может, в “Аресе” и запрещены, но секс в эту категорию явно не входит?”.