-Есть вещи, которые я бы не хотела о тебе знать,- прошептала я.- Не скрою, мне любопытно, но сомневаюсь, что смогу жить с этим.
Я чувствовала тепло его тела, Бен стоял настолько близко, что кожа шла рябью. Сердце спотыкалось, и я зажмурилась. Он шагнул в сторону, чтобы заглянуть мне в лицо, но я отвернулась. Он улыбнулся.
-Для меня необычно само то, что я у кого-то вызываю хоть какие-то чувства, кроме презрения.
И направился в комнату, но для меня это было слишком резко – тепло отхлынуло, и я пошатнулась. От падения спасло только то, что успела схватиться руками за стол. Повернувшись вслед Бену, я проводила его взглядом в спальню, а он ни разу не обернулся, хотя почувствовал. Тяжело нам придется…
Глава 15
Джошу пришлось постелить на полу, место на диване уже негласно принадлежало Бену. Я хотела сделать едкое замечание о том, что в обличии кота он гораздо меньше занял бы места, но воздержалась. Это было бы мелочно с моей стороны, Джош заслуживал большего. Мы комфортно разместились, не привлекая внимания сестер, все остались довольны, и я в том числе. Джош отхватил две подушки и завернулся в теплое одеяло. Он вымотался и уснул почти мгновенно. Бена новый жилец не смутил, и я надеялась, что они поладят. При первой встрече не накинулись друг на друга – это добрый знак. Закрыв глаза, я подумала о том, что моя комната приобретала странную репутацию…. С каждым днем в ней все больше ночевало мужчин. Но тут же отмахнулась и перевернулась на другой бок. Меня все больше беспокоило отсутствие фамильяров. Где они были, когда бэлморты напали на меня средь белого дня? Стэнли приставил к дому пернатую охрану, но деревья пустовали. Это не могло быть простым совпадением. В голову вкралась ненавязчивая мысль: исчезновение крылатой армии и путаница в Университете …. Что, если все это как-то связано между собой? И кто подослал охотников?
Сон навалился мягким, но тяжелым покрывалом, уходящий день, как далекий ночной кошмар, таял в поволоке дремы. Детали событий смазались, словно очертания города в тумане. Казалось, это было так давно…. Я не заметила, как уснула. Спина все еще болела, но усталость оказалась сильнее. Проснулась от нарастающего шороха дождя. За окном шел ливень, тяжелые капли барабанили по крыше и карнизу. Открыв глаза, я осторожно перевернулась в постели и обнаружила Персика. Кот сидел в ногах в ожидании моего пробуждения. Бен стоял у окна, сложив руки на груди. Сонно жмурясь, я приподнялась на локте и спросила:
-Что происходит?
Бен пристально посмотрел на меня.
-За окном неспокойно,- загадочно произнес он и снова отвернулся. Я проследила за его взглядом –небо затянули свинцовые тучи, по стеклу бежали ручьи, и я только сейчас поняла, что окно не зашторено.
Со словами «тебя же увидят фамильяры!» я откинула одеяло и вскочила с кровати. Подбежала к окну и, схватившись за шторы, осмотрелась. Старый дуб замер под тяжестью влажной листвы, скользкие сучья скребли по черепице. Бен усмехнулся моему озадаченно вытянувшемуся лицу.
-Во время дождя фамильяры не сидят на ветвях,- не без иронии сообщил он.
Я вздохнула и поморщилась. Боль в спине сковывала движения – кожа вокруг раны подсохла, швы стягивали и подергивали обожженный рубец. Рыча сквозь зубы, я опустила жалюзи. Заметив, Бен поймал меня за руку и резко развернул к себе лицом.
- Слишком поздно, Эшли! Том знает, что я здесь, а фамильяры не посмеют придти за мной.
-Я не была бы так уверенна,- пробормотала я и посмотрела ему прямо в глаза.- Лучше соблюдать меры предосторожности. Пока. Как твое плечо?
-Гораздо лучше,- сухо бросил он.
Я кивнула и высвободилась, Бен расцепил пальцы, буравя меня пронзительно холодными голубыми глазами. Он продолжал строить из себя недотрогу, за ночь ничего не изменилось. Покачав головой, я направилась в ванную комнату и оставила его наедине с Джошем, хотя вряд ли кого-то, кроме меня, это смутило. На удивление мальчики сносили общество друг друга без видимых усилий. Что ж, прекрасно! Быстрее найдут общий язык – у них просто нет иного выхода. Приняв душ и поразмыслив над планами на день, я кое-как умылась и привела себя в порядок, избегая неосторожных и резких движений. Они причиняли боль. Самым сложным оказалось одеться. Серые домашние брюки, футболка с длинными рукавами кораллового цвета, и я была готова. В комнате меня ждала картина маслом – Бен подпирал подоконник, сцепив руки, а перед ним на краю моей кровати с величественным видом восседал Персик. Они сверлили друг друга глазами. Хохотнув, я предложила им позавтракать, и никто не возражал. Кот спрыгнул на пол и побежал к двери, замаячил, вопрошающе воздев ко мне взгляд зелено-желтых глаз. Все-таки мохнатая сущность украшала Джоша, но он был хорош во всех своих образах. Мы спустились на кухню – я, Бен и Персик. Мишель еще не отошла от знакомства с Беном, а новость об истинном облике домашнего питомца могла окончательно выбить ее из колеи.
Сестра суетилась у плиты, что-то напевая себе под нос. Шипело масло, и сладко пахло ванилью. Мишель услышала наши шаги, но не обернулась, лишь ее плечи напряглись. Я спустилась первой и прошла к островку, кот прильнул к моим ногам, толкнулся лбом, предвкушая сытную трапезу. Бен поглядывал на сестру, намеренно гремевшую посудой. Усадив его за стол, я подошла к кофейнику и достала из шкафа две чашки. Персик суетился, обтирался о туфли сестры. Мишель фыркнула и топнула ногой – она злилась из-за присутствия Бена, но я не могла больше держать его в спальне. Сложив руки на столе, он задумчиво смотрел в окно и наблюдал за бушующей стихией, гнущей деревья и ломающей ветви. Ветер усилился, дождь лил стеной, не было видно ни соседних домов, ни очертаний забора.
-Прекрати,- тихо сказала я, наливая кофе.
Мишель громко вздохнула и повернулась ко мне. Темные глаза сверкнули, безупречно красивое лицо разгладилось. Она поджала губы и поставила пустую сковороду на конфорку. Я тихо усмехнулась, размешивая сахар, и покосилась на сестру. На ней были синие классические брюки из плотной ткани, а сверху - ажурная белая блузка с глубоким вырезом и воротником-стойкой. На шее блестели длинные жемчужные бусы, связанные узлом на уровне груди. Идеально уложенные волосы, повседневный, безупречный макияж – я всегда восхищалась красотой Мишель, но сегодня она была по-особенному хороша.
-Он из рода убийц, Эшли,- сказала Мишель так, чтобы Бен слышал. Ее ледяной тон резал слух, но вызвал у меня улыбку. Шерман только повел бровью – его нервам можно позавидовать.
-Ты сходила в салон?- удивленно перебила я ее. Сестра опешила, проглотив возмущение, и несколько секунд в растерянности моргала.- Ты выглядишь… идеально!
-Не заговаривай мне зубы!- прошипела она и отвернулась. На плите стояла форма с поджаристым, пышным творожным пирогом, украшенным взбитыми сливками. Аппетитный аромат заполнял просторное помещение, и Персик, тихонько урча, уже извивался вокруг ножек стола. Изумление отразилось на моем лице, и Мишель заметила. Не могла не заметить.- Решила попробовать новый рецепт,- пробормотала она и гневно вонзила нож в пирог. Я вздрогнула.
-Ты насмотрелась канала для домохозяек?- я отставила кофейник. Когда несла чашки, наполненные горячим напитком, к столу, по лестнице спустилась Моника. На ней струилось длинное атласное платье цвета спелой малины, перехваченное широким черным поясом. Засмотревшись, я чуть не врезалась в Бена, он придержал меня за руку, не дал обжигающей жидкости расплескаться. Моника глядела под ноги, придерживая подол, а когда вышла к нам, ее лицо просияло от улыбки. И причина тому - Бен.
-Какой же он хорошенький,- чуть слышно отметила сестра, проходя мимо меня. Бен проследил за ней настороженным взглядом, но Монике это явно понравилось. Она ему подмигнула.- А Мишель считает, что в нашем доме живет монстр. Где же он? Покажите мне его – я вся трепещу от ужаса!
-Он – бэлморт!- не оборачиваясь, сквозь зубы процедила Мишель. Она вынимала пирог из формы и укладывала его на большое десертное блюдо. Персик исходил от нетерпения и готов был сплясать перед Мишель вприсядку за кусочек свежеиспеченного лакомства.