-Вижу, твои душевные раны заживают,- отметила я. Прежняя Мишель бы выдала мне угрюмую физиономию и фыркнула, но эта, идеальная Мишель, пожала плечами и улыбнулась еще шире. Я смотрела в ее глаза и не видела ничего. Ничего хорошего. Пустота.
-Я впервые за долгое время чувствую себя просто прекрасно,- призналась сестра.
Еще бы! В таком-то теле! Но вслух я сказала другое:
-А как дела в магазине? Помощь не нужна? Я ведь совсем не помогаю тебе,- изобразить сожаление было не так уж и сложно, тем более, что Мишель не чувствовала фальши. Или тот, кто прятался за ее глазами – принимал все мои слова за чистую монету.
-Нет, что ты! Все отлично, я справляюсь.
-Ты нашла нового поставщика?
Мишель даже не моргнула.
-Еще нет,- рассеянно проговорила она.- Пока нет острой необходимости.
Расплывчатые ответы сестры вызывали во мне тревогу, хотелось спросить в лоб о ее сердечных терзаниях и о том, почему она игнорирует Бена. Его присутствие осталось для нее незамеченным, или ей теперь совершенно плевать на то, что она живет под одной крышей с бэлмортом? Это не похоже на мою Мишель.
-Может, все-таки я помогу тебе, Мишель? Ты слишком много времени проводишь в магазине – нельзя столько работать. Надо и о себе подумать. Сходить куда-нибудь, развеяться.
Сестра смутилась – на лбу пролегли тонкие морщинки, но в целом она держалась твердо. Или апатично и деревянно. Тот, кто прятался за ее глазами, не умел притворяться и чувствовать. Вот дела….
-Мне это не нужно,- отозвалась сестра.
-Как же так?- удивилась я и шагнула к столу, где с краю сидел Джош. Неподвижное лицо, озадаченный взгляд и раздувающиеся ноздри. Он держал в руке чашку и таращился на ее содержимое с чрезмерно серьезным видом. Бен смотрел на меня через стол. Он беззвучно барабанил пальцами по кружке, закинув ногу на ногу. Мы переглянулись, и он нахмурился. Я замерла, глядя ему в глаза, всматриваясь в холодную синюю даль, и вдруг звуки унеслись прочь.
Мишель шагнула к вешалке, остановилась перед окном. Солнце отсвечивало, и уличный пейзаж не было видно из-за ярких золотых лучей. Однако отражение Мишель хорошо угадывалось. Я покосилась в сторону сестры, на ее тень в окне. Показалось, я слышу треск стекла - мерзкий звук, от которого сводит зубы, и вдруг окно покрылось паутиной тонких трещин. Они бежали снизу вверх, быстро и с характерным хрустом, и вскоре на окне расцвел цветок из прозрачной сетки разломов и осколков. Я смотрела мимо Мишель, а она, как ни в чем не бывало, вертелась передо мной в своем новом синем платье из атласа.
Легкий звон, от которого каждый волосок на теле встал дыбом, и хруст оглушали, уже закладывало уши, и я боролась с порывом заткнуть их и зажмуриться. Я ничего не слышала, будто оказалась в центре землетрясения, и с ужасом ждала, что в любое мгновение все окна в доме взорвутся и брызгами накроют меня. Дыхание сбивалось, я задыхалась, стоя посреди кухни, но продолжала смотреть на счастливую сестру. И если бы она не отошла от окна, наверно, потеряла бы сознание.
Внезапно все прекратилось – стало тихо, даже слишком. Пошатнувшись от неожиданности, я наткнулась на стул, на котором сидел Джош, и оперлась на спинку рукой. Он слегка запрокинул голову, чтобы убедиться, что со мной все в порядке. Я ощутила его внимательный взгляд, но сама не посмотрела на него – не хотела упускать из виду Мишель. Моргнув, бросила быстрый взгляд на окно и не увидела трещин. Чертово наваждение.
-В субботу бал в Университете,- голос Мишель огорошил меня в звенящей напряженной тишине. В воздухе витала магия, он становился гуще и мерцал, словно кто-то просыпал звездную пыль и подбросил ее – сила исходила от Джоша. Глядя перед собой в окно напротив, он держался за чашку, стоящую на столе. Ветерок развивал белоснежные гардины, кухня утопала в золотых лучах, а он был угрюм и неподвижен. Я понимала его чувства, они отзывались где-то внутри неприятной дрожью. Ему не надо было смотреть мне в глаза, чтобы понять – все очень и очень хреново. Мы почти опоздали, возможно. И Джош перебирал в голове слова, которые хотел ей сейчас сказать. Я слышала их, чувствовала, как тяжело ему себя сдерживать, хотя внешне он был похож на камень. Он бы обнял ее, встряхнул за плечи и прижал к себе, поцеловал в макушку, и снова было бы все хорошо. Но не сейчас. И вот уже злость застилала глаза, в груди разгорался огонь и только одно желание – найти тварь, укравшую душу Мишель. Я ощущала Джоша, могла мыслить, как он, но он намеренно избегал прямого взгляда, чтобы не выдать самое сокровенное. Боль, чувство вины, страх, а под ними жгучая ненависть к Тому. Он перебирал в памяти слова Бена о разбитом сердце Мишель и том, что Том завершил начатое Джошем. Они виноваты в равной степени, причинили ей боль и толкнули в пропасть, из которой пока не было выхода. Мишель уже по уши вляпалась, а мы так и не выяснили, что с ней происходит. И Джош ненавидел себя за это.
-Ты пойдешь?- тихим голосом спросила я, и это стоило мне немалых усилий. Я чувствовала на себе взгляд Бена и невольно посмотрела на него. Он знал, как болит мое сердце за Джоша, как страшно за Мишель, и делился своим спокойствием, холодным и размеренным. Стало чуть легче дышать и трезво мыслить. Мы не должны поддаваться эмоциям, не сейчас.
-Думаю, да,- неуверенно сказала Мишель. Мне захотелось взглянуть на нее, я повернула голову, но вдруг наткнулась на ее пустой взгляд. Мороз пробежал по коже, я невольно передернула плечами и отвернулась. И снова посмотрела на Бена – он успокаивал меня, дарил легкость и отчужденность.
-Ты бывала там прежде?
Мишель шагнула к двери, подхватив подмышку сумочку и взялась за дверную ручку. Она загадочно улыбнулась:
-Пару раз, с друзьями. Ну, все, мне пора!
Дверь захлопнулась, и я вздрогнула. С минуту мы не двигались, и, кажется, даже не дышали. Только размышляли, и от объединенного напряжения воздух дрожал и перемешивался.
-Это не слишком было похоже на допрос? Почему-то мне кажется, что мы с ней разговаривали на разных языках,- задумчиво проговорила я.- Сердцем чую, что Мишель давно не была в магазине.
-Мы должны проследить за ней,- голосом, лишенным эмоций, сказал Джош и медленно поднес чашку к губам. Отпив, он поморщился.- Когда Мишель начала краситься?- он посмотрел на меня слишком серьезно для ситуации. Я изумленно вздернула брови.
-Вроде бы совсем недавно. Я не обращала внимания.
-Что ты почувствовала?- спросил Бен, и я повернула голову, поймала его беспристрастный взгляд. Он привык демонстрировать равнодушие, даже когда изнутри его терзали сомнения. Снаружи Бен всегда оставался холоден, по привычке и чтобы не пробудить во мне еще большую тревогу. И мне, и ему так было удобнее. Пускай это ложь, но она помогала держать эмоции под контролем.
Глядя в студеную синюю бездну его глаз, я пыталась сосредоточиться. И если долго в них смотреть, то можно добраться до глубин, где прятались истинные чувства. И сейчас я увидела их, взгляд Бена дрогнул, и я моргнула – как же приятно осознавать, что он научился переживать и думать о других! Ему действительно была не безразлична судьба Мишель.
-То, что передо мной стояла только оболочка,- не веря собственным словам, тихо сказала я.- За ее глазами никого не было. Мишель там не было, или она пряталась где-то очень глубоко. Эта дрянь заточила ее в темнице собственной сущности.
-На что это похоже?- звенящим от холода голосом спросил Бен. Джош поднял голову, чтобы посмотреть на него исподлобья. Если не смотреть на Бена, может показаться, что над ним снова властвовала тьма.
-Мне не с чем сравнить. Она была похожа на куклу – безупречная, слишком красивая, чтобы быть настоящей. И от ее отражения трескаются стекла.