Чанми посмотрела вслед удаляющемуся Сану с болью в глазах, потому что не хотела оставаться с Уёном наедине. Его присутствие напоминало ей о совершенном предательстве, а ее поступок по отношению к Миён можно было назвать только так. Не собираясь ничем себя оправдывать, Чанми только хотела рассказать правду, однако никак не могла набраться смелости, и одним только игнорированием Уён показывал, что осуждал ее за трусость. Но нужно как-то это исправить, напряжение становилось невыносимым.
— Я знала, что ты не захочешь меня видеть, — подала она голос и заломила собственные пальцы. — Что бы ты обо мне ни думал, ты прав. Я действительно поступила и поступаю по отношению к Миён ужасно. Могу только пообещать, что как-то это исправлю… И помогу тебе, если вдруг смогу это сделать. Спасибо, что хранишь нашу с Саном тайну.
Уён с легким интересом посмотрел на Чанми и склонил голову вбок.
— Миён простит тебя, когда узнает. Меня ведь простила, хоть я и не уберег ее секрет, — сказал, немного подумав он, и невесомо постучал пальцами по экрану телефона. Он не знал, что еще сказать, и пытался подавить в себе неприязнь. — Я за честность, и если тебе нравится Сан, то… я не могу тебя осуждать. Только не нужно обманывать. Хотя с твоей стороны это даже смело.
— Смело? — удивилась Чанми.
— Угу, — кивнул головой Уён. — Осознать свои чувства и признаться в них другому человеку — смело. Мне вот не хватает храбрости. Я не хочу разрушить дружбу, которую имею и которой дорожу, а если я понимаю какие-то сигналы неправильно, то так и случится… — он замолчал, когда из кабинета вышел человек, кивнул Чанми и осторожно постучался об дверной косяк, спрашивая разрешения войти.
Когда Уён шел в поликлинику, то и представить не мог, что проведет в ней весь свой единственный выходной. Выслушав жалобы и сделав первичный осмотр, врач, явно подумав о чем-то, приказал немедленно сдать целую кучу анализов: общий анализ крови, сделать УЗИ брюшной полости и еще много-много всего. Уён просто следовал указаниям на бумажке и бродил вместе от одного кабинета к другому, а уж то, что вся эта красота сдается натощак, проблемой на стала. Поесть удалось только к позднему вечеру — Сан отвез в хорошее кафе. Результаты должны были прийти через несколько дней, и вот с ними-то потом надо будет выбрать время и притопать ко врачу, чтобы он назначил лечение. Уён был очень расстроен: ему уже не понравилась реакция на перечисление симптомов, а получить электронное письмо на почту и посмотреть на то, что там написано, очень боялся. И всё же кое-какие препараты на время ему назначили, должно стать легче.
В понедельник он пришел после работы на учебу и, как и всегда, первым делом набросился на стряпню госпожи Кан. Уён каждый раз завтракал с удовольствием и задумывался о том, что готовит себе или покупает что-то в магазине давным-давно. Конечно, мать иногда варила или жарила что-то простенькое, что позволял достаток, но… Но есть рядом с отцом было сродни пытке. И если раньше госпожа Чон вступалась и говорила, чтобы сын никого не слушал, что он красивый мальчик и вовсе не толстый, то потом стала молча соглашаться с мужем. И как же Миён повезло в том, что у нее такие заботливые и такие приятные родители.
— Результаты анализов еще не пришли? — спросила Миён, присев рядом. Уён чувствовал в ее голосе сильное беспокойство и разделял его, однако старался улыбаться и убеждать себя и ее в том, что всё в порядке.
— Нет, сказали, что через несколько дней, — отправив в рот кабачок, ответил Уён и причмокнул губами от удовольствия. — Мы с тобой идем сегодня заниматься? Хотя, наверное, лучше завтра… Просто преподаватель Квон сказал, что ты не сли… — он запнулся на полуслове. — Короче, до него каким-то образом дошли слухи о наших «отношениях» и он строго-настрого наказал мне помочь тебе разобраться хотя бы в базовой физике.
— Я не против позаниматься, но с сегодняшнего дня я перестану тебя эксплуатировать и буду оплачивать занятия. Они будут длиться ровно час, — отозвалась Миён, не зная, под каким еще предлогом помочь Уёну. Ей хотелось бы дольше быть рядом с ним и, чего уж греха таить, как-то выяснить, чувствует ли он то же, что и она, но его здоровье и сон важнее. — Я посмотрела расценки у репетиторов. Буду оплачивать твою помощь.
— Мне и оплаты едой вполне хватает! — возмущено замычал Уён, не успев прожевать как следует. — У тебя хороший результат в аттестации по вышмату, а это для меня лучшая награда. Не выдумывай ерунду.
— Я не выдумываю ерунду, а говорю, что каждый труд должен быть оплачен. Иначе я найду себе другого репетитора. Как думаешь, может, мне начать ходить домой к Минги? — спросила Миён, но не для того, чтобы позлить Уёна, а для того, чтобы проверить его реакцию. Ей было интересно, приревнует ли он, однако он даже не шелохнулся.