— Давай вызовем скорую, — сдалась Миён, решив таки принять на себя ответственность за сложившуюся ситуацию и за то, чтобы пустить в дом посторонних.
— Ему нужно в больницу, — продолжил настаивать Сан. — Я отвезу его туда очень быстро, но мне необходима твоя помощь. Уёна я уже предупредил, он пока не выйдет из дома, хотя очень рвался к тебе. Если у Юнхо переломы, его отведут к травматологу. А скорая что?.. — Сан повернулся к наполовину спящему Юнхо и, вздохнув, закинул его руку на свое плечо. — Я поехал. С тобой или без тебя.
Миён задумалась всего на пару секунд.
— Только возьму зарядку для телефона на всякий случай!
И как раз кстати. Как только Миён села в машину и поставила телефон на зарядку, раздался звонок от госпожи Чон Суён — матери Юнхо. Время позднее, она его потеряла. Говорить или не говорить? И если да, то что конкретно сказать? Всё это прозвучит, как безумие, как какой-то несвязный бред, тем более что сейчас, немного успокоившись, Миён уже не могла припомнить всех деталей, перед ее глазами просто стояла картина того, как Юнхо жестоко избивают, а ее саму удерживают, не давая даже вскрикнуть. Руки, сжимающие друга в объятьях, дрожали до сих пор. Сан вел машину быстро и уверенно, на максимально допустимой скорости, зная, что они и так потеряли слишком много времени. Мимо проносились дома, фонари и магазины, Миён даже не успела застать тот момент, когда «Сузуки» причалила к больнице и быстро припарковалась.
— У нас раненый! — крикнул Сан, и вскоре врачи подвезли каталку, а потом Юнхо скрылся за дверьми врачебного кабинета. Не при смерти, и слава богу, хотя внутри ощущения были схожие. По крайней мере испуг — точно.
Снова зазвонил телефон.
— Не будешь отвечать? — тихо спросил Сан, протянув Миён шоколадный батончик из автомата и сев на соседнее кресло. Суматошный выдался денек.
— Я не знаю, что сказать госпоже Чон… Юнхо ведь совсем не виноват, — ответила Миён, откинув голову на спинку сидения и устало выключив звук вместе с вибрацией. — Пусть Юнхо сам расскажет, когда ему станет легче. Или… Я не знаю. Голова пухнет. Эти твари ведь хотели избить Уёна… Сан, Юнхо мой друг и я дорожу им, тем более что он вообще здесь не при чем, но если бы на его месте оказался Уён…
— Всё было бы точно так же, просто страха больше, — закончил за нее Сан и засунул руки в карманы куртки. — Как только Юнхо станет легче, поедем в полицию, вам нужно немедленно дать показания. Найдут тех гопников — выйдут на богачей, хотя вряд ли будут какие-то доказательства… Но это ничего, у нас тоже есть друзья, которые могут навалять от души.
— Чанбин, Феликс и Хан? — спросила Миён, припомнив имена парней, которых видела у бара. — Ты о них?
— Да, но там есть еще кое-кто пострашнее, которому только повод дай — пришибет, не моргнув и глазом. Минхо зовут, ты не знаешь, наверное. Вот только у парней своих дел полно, да и из-за своих родителей эти ублюдки не такие уж и досягаемые, — Сан злобно оскалился. — Ладно, я что-нибудь обязательно придумаю, но пока что вам с Уёном нужно быть осторожными и всегда начеку. Кто знает, на что еще эти мелочные ублюдки способны?
— Я в каком-то боевике… — устало отозвалась Миён и повернула к Сану голову, ненадолго взяв его за руку. — Спасибо, что ты оказался рядом, я так и не поблагодарила тебя. Если бы не ты, то всё могло закончиться совсем иначе. Да и всё прочее, что ты сделал для меня и Уёна… Ты настоящий друг, Сани, и оказался даже лучше, чем я себе представляла.
— Приятный комплимент, — улыбнулся он и сжал ее руку в ответ.
Миён улыбнулась и, разломав надвое шоколадный батончик, протянула половину Сану.
— Наверное, сейчас неподходящее время, но пока мы вдвоем… Меня иногда пугает то, что говорит о себе Уён, и то, чего он боится. Прости за интимные подробности, но на днях у нас с ним… поцелуи зашли дальше обычного. И когда я хотела снять с него футболку, он вдруг зажался и сказал, что не хочет видеть в моих глазах разочарование и что этого не переживет. А потом сказал еще, что сейчас хочет сделать мне приятно, но потом возненавидит себя за это. Меня удивило, что он так быстро простил мою выходку на моем дне рождения, тоже начал извиняться… — Миён прикусила щеку, пытаясь вспомнить и другие «странности». — Почему он боится меня, Сан? Он не рассказывал? По мне ведь видно, что я правда искренне в него влюблена.
— Нам видно, а ему — нет, — расплывчато ответил Сан, слегка прикрыв глаза. Тихо, как в морге, и это пугает. — Он просто очень сильно боится тебя потерять. Пойми его правильно: у тебя есть он, любящие родители, Юнхо, Ёсан, Чанми, даже я — люди, которые любят тебя и которым ты очень нужна. А у него, кроме тебя и меня, никого нет. Вы только начали встречаться, ему нужно время, чтобы не его голова, а… не знаю, как сказать, поэтому скажу банально. Его сердце должно поверить в вашу любовь, как поверило со временем в мою к нему, братскую. Понимаешь?